Декстер в деле

Чатски свистнул такси — серый «мерседес», — к нам подскочил шофер в серой ливрее и фуражке в тон и забрал наши сумки.

Чатски сказал водителю:

— Отель «Националь»!

Тот закинул вещи в багажник, и мы уселись в машину.

На шоссе, ведущем в Гавану, мы заметили лишь несколько других такси, пару мотоциклистов, какую-то медлительную колонну военных грузовиков, и больше никого — до самого города. Зато там бурлила жизнь: древние автомобили, велосипеды, толпы людей, запрудивших тротуары, и какие-то очень странного вида автобусы — раза в два длиннее, чем обычные американские, спереди тягач, а сзади двугорбый прицеп.

Автобусы были набиты под завязку, но я заметил, как на остановках туда с веселыми криками лезут еще.

— «Верблюды», — заявил Чатски, и я растерянно уставился на него.

Он кивнул на этот странный транспорт:

— Их называют «верблюдами». Якобы за внешнее сходство, но, по-моему, за вонь внутри в час пик. Запихни в салон человек четыреста, после работы, без кондиционеров, да еще и окна не открываются!

Очаровательный кусочек информации — по крайней мере с точки зрения Чатски, — потому что ничего более интересного он так и не предложил, хотя мы ехали по незнакомому мне городу.

Впрочем, моему спутнику явно прискучила роль экскурсовода. Тем временем мы пробились сквозь пробки и выехали на широкий бульвар вдоль берега. На высоком склоне, по ту сторону залива, показался старый маяк и какие-то зубчатые стены, а еще дальше в небо вился черный дым. Вдоль океана тянулась широкая набережная. Волны разбивались о камни, во все стороны летели брызги, но прохожие, очевидно, не боялись намокнуть. Люди самых разных возрастов сидели, стояли, прогуливались, рыбачили, лежали и целовались. Мы проехали мимо какой-то искривленной скульптуры и свернули налево, чуть в горку.

Вот и гостиница «Националь», все, как положено, на месте и фасад буквой «П», где вскоре будут демонстрировать ухмылку Декстера, если только мы не найдем Вайсса раньше.

Таксист подъехал к величественной мраморной лестнице, привратник в пышной адмиральской форме выступил вперед и хлопнул в ладоши, и к нашей машине побежали носильщики.

— Приехали, — непонятно зачем сообщил мне Чатски.

Адмирал распахнул дверь такси, и Чатски вылез наружу. Мне было позволено открыть дверцу самому, поскольку я сидел с другой стороны от мраморной лестницы. Я так и сделал и вышел из машины в самую гущу угодливых улыбок.

Чатски расплатился с водителем, и мы поднялись вслед за носильщиками по ступенькам отеля.