Декстер в деле

Почти всю ночь мы провели в пластиковых креслах, а по прилете… даже не припомню, когда еще родной город выглядел так приветливо. Я дома! Это теплое, совершенно особое чувство согревало меня всю дорогу, пока мы пробивались сквозь безумную толпу и ехали на аэропортовском автобусе к долговременной парковке машин.

По просьбе Чатски я высадил его у больницы — для воссоединения с Деборой. Он выбрался из машины, чуть замешкался, потом снова просунул голову внутрь.

— Мне жаль, что ничего не вышло, парень…

— Да, — ответил я.

 — Мне тоже.

— Ты мне скажи, если я могу тебе еще чем-то помочь. Ну, знаешь… если ты его найдешь, а сам сдрейфишь, я помогу.

Уж на этот счет я вряд ли «сдрейфлю», но с его стороны было так мило изъявить готовность нажать на курок за меня, что оставалось только поблагодарить. Он кивнул и добавил:

Захлопнул дверцу машины и похромал к больнице.

Я поехал домой против основного потока транспорта и добрался довольно быстро, однако все равно опоздал: Риты с детьми уже не было.

Так что я утешился душем, свежей сменой одежды, а потом чашкой кофе с тостом и снова выехал в город — на работу.

Основные пробки уже немного рассосались, но поток, как всегда, был достаточно плотным; машины на шоссе дергались, а у меня было время подумать. Впрочем, то, до чего я додумался, мне не понравилось. Вайсс по-прежнему на свободе, и я почти не сомневался, что последние события заставят его обратить свое внимание на кого-то другого.

Он найдет способ заставить меня пожалеть, что я жив. А мне ничего не оставалось делать — только ждать… ждать, либо пока он что-нибудь не предпримет, либо пока меня не осенит какая-нибудь гениальная мысль.

Движение встало. Мимо по обочине промчался какой-то автомобиль, водитель посигналил, и остальные машины отозвались своими клаксонами, но меня не осенило.

Я просто-напросто застрял в пробке по дороге на работу и ждал каких-то ужасов. Надо полагать, это точное описание обычного человеческого состояния, хотя я всегда считал, что сам к подобному невосприимчив, ведь, строго говоря, я бесчеловечен.

Машины тронулись. Я медленно проехал мимо грузовика со спущенным колесом, который откатили на обочину. Капот грузовика был поднят. Семь или восемь парней в перепачканной одежде сидели в кузове. Они тоже чего-то ждали, но им было явно не так плохо, как мне, — наверное, за ними не охотился чокнутый художник-убийца.