Декстер в деле

Пусть незапланированно — все равно справедливо и по заслугам, как сказали бы мои коллеги из правоохранительных органов. Коллеги вроде Исраэла Сальгеро, которому теперь не придется трепать Дебору и портить ей карьеру лишь потому, что какой-то лысый идиот поднял шумиху в прессе.

Когда прикончил Дончевича, я прекратил все это безобразие. Я сделал дело Декстера, и сделал хорошо, так что мой крошечный уголок мира стал чуточку лучше. Так я и сидел на стуле, жевал какой-то отвратительный бутерброд, болтал с Чатски и даже один раз сам увидел, как Дебора открыла глаза на целых три секунды.

Непонятно, увидела ли она меня рядом, но само зрелище дрогнувших зрачков уже вселяло надежду и я немного начал понимать безумный оптимизм Чатски.

На работу я возвращался, чувствуя себя гораздо лучше. Необдуманно поспешил? Ну что поделаешь — Дончевич получил по заслугам. А теперь, когда Дебора поправляется, без вмешательства отдела внутренних расследований и журналистов жизнь действительно будет налаживаться, войдет в привычную колею, и волноваться больше не о чем.

Как приятно, как чудесно возвращался я с обеда на работу… Приподнятое настроение было у меня ровно до того момента, пока я не вошел в здание и не поднялся к себе, где и встретил поджидавшего детектива Коултера.

— Морган, — сказал он. — Сядь-ка.

Какой молодец, предложил мне присесть на собственный стул!.. Я уселся. Коултер смерил меня долгим-долгим взглядом, пожевал губами зубочистку. Малосимпатичный персонаж с телом как груша, а сейчас, с зубочисткой в углу рта, еще противнее, чем обычно.

Умостил свой жирный зад на стул для посетителей у моего стола и теребит бутылку с лимонадом; вон уже весь облился, и несвежая рубашка в пятнах. Его вид, в сочетании с манерой таращиться и молчать, как будто вынуждая удариться в рыдания и в чем-нибудь признаться, ужасно меня бесил. «Бесил» — это еще мягко сказано. Поэтому я подавил порыв расплакаться, достал из ящика стола недавний отчет из лаборатории и стал читать.

Через некоторое время Коултер покашлял.

— Ладно, — сказал он. — Нам про рапорт твой надо поговорить.

— Какой из?.. — уточнил я, оторвавшись от отчета.

— Когда твою сестру пырнули. Кое-что не складывается.

— Давай поговорим, — кивнул я.

Коултер снова откашлялся.

— Э-э… ну… давай сначала расскажи, что ты видел.

— Я сидел в машине, — начал я.

— Ну, может, футов пятьдесят.

— Угу… А почему ты с ней не пошел?

— Что ж… — протянул я, хотя его все это вовсе не касалось. — Мне показалось, незачем.