Деликатесы Декстера

Что касается моих спутников, то Дебора находилась в лучшем случае без сознания, а Саманту медленно поджаривали на углях. Тем не менее у меня оставался еще один козырь в рукаве. Я знал: Чатски на свободе, вооружен и опасен и никогда не даст в обиду Деб, а за компанию и меня. Если я смогу заставить Алану болтать достаточно долго, он придет и спасет нас.

— У вас есть Саманта, — сказал я, пытаясь заставить свой голос звучать так, будто я говорю с позиций здравого смысла, — ее вполне хватит на ужин.

— Да, но она хочет быть съеденной, — ответила Алана, — а сопротивление улучшает вкус мяса.

 — Она бросила взгляд на Саманту, которая снова тихо застонала. Ее глаза расширились и горели иступленным светом. Она не отрываясь смотрела на гриль.

Алана улыбнулась и похлопала меня по щеке.

— Ты нам должен, милый. Сбежав, ты доставил нам столько неприятностей. И в любом случае нам нужен кабанчик. — Она нахмурилась. — Правда, ты выглядишь слишком жилистым. Надо было бы позволить тебе помариноваться несколько дней. Но времени нет, а я бы не отказалась от хорошей отбивной из мужчины.

Признаю, что выбрал не самое лучшее время для любопытства, но в создавшейся ситуации мне было все равно, о чем говорить, лишь бы наша беседа продолжалась, поэтому я спросил:

— В каком смысле «нет времени»?

Она посмотрела на меня безо всякого выражения, и это выглядело еще неприятнее, чем ее фальшивая улыбка.

— Последняя вечеринка, — ответила она, — а потом, боюсь, мне придется снова бежать. Так же как я была вынуждена покинуть Англию, когда власти решили, будто у них пропадает слишком много нелегальных иммигрантов.

Так же как сейчас здесь. — Она опечаленно покачала головой. — А мне только начал нравиться вкус мяса гастарбайтеров.

Саманта хрипло застонала, и я посмотрел в ее сторону. Рядом с ней стоял Бобби и медленно водил кончиком ножа по ее полуобнаженной груди, как будто вырезал что-то на дереве. Его лицо было в дюйме от ее, и он улыбался так, что от его улыбки завяли бы розы.

Алана вздохнула и покачала головой.

— Не играй с едой, Бобби, — мягко сказала она, — вернись к приготовлению мяса. Переверни его, дорогой.

Он посмотрел на Алану, неохотно положил нож и вилкой на длинной ручке перевернул жарящийся кусок плоти. Саманта застонала.

— И поставь что-нибудь под рану, — велела Алана, кивая на увеличивающуюся лужу крови, натекшей из руки Саманты, — палуба похожа на бойню.

— Я тебе не какая-нибудь дебильная Золушка, — ответил Бобби, — прекрати строить из себя злую мачеху.