Дело о дневнике загорающей

 – Я полагаю, что кое-что об этом деле вы все-таки знаете. Были ли вы знакомы с Колтоном П. Дювалем в то время, когда он служил в банке «Меркантайл секьюрити»?

– Да. Я был с ним знаком.

– Вы были его личным врачом?

– Да, сэр.

– И вы в качестве врача обслуживали вышеназванный банк?

– Да, сэр.

– Знали ли вы Арлен Дюваль?

– Я знаю ее с тех пор, когда она была еще маленькой девочкой.

– Сколько лет вы ее знаете?

– Последние двенадцать лет.

– В каком она была возрасте, когда вы впервые ее узнали?

– Двенадцати или тринадцати лет.

– Являются ли ваши отношения с Арлен Дюваль дружескими с тех пор, как ее отец был заключен в тюрьму?

– Именно так, сэр.

– Вы постоянно поддерживали связь с ее отцом?

– Да, сэр.

– Не вы ли составили петицию, в которой просили досрочно выпустить Колтона П. Дюваля на поруки, и собирали под ней подписи?

– Я, сэр.

– Вы собирали подписи лично?

– Некоторые лично, а некоторые подписи собрала моя медсестра мисс Трэйвис.

– Кто, вы сказали?

– Мисс Трэйвис.

– Она собрала кое-какие подписи?

– Да, сэр.

– Но она сделала это, находясь на службе у вас, вы ей платили в это время и она действовала согласно вашим указаниям, так?

– Да, сэр."

"– На протяжении последних восемнадцати месяцев вы время от времени поддерживали связь с Арлен Дюваль. Это верно?

– Да. И даже не время от времени, а часто.

– Вы встречались с ней лично, писали письма или звонили по телефону?

– Чаще по телефону.

– Минуту терпения, доктор. Я хочу спросить вас: знаком ли вам почерк Арлен Дюваль?

– Да, конечно.

– А еще я прошу не забывать, что вы находитесь под присягой. Сейчас я покажу вам одну вещь, которая предположительно является дневником Арлен Дюваль, написанным от руки. Я попрошу вас внимательно взглянуть на этот дневник и сказать суду – не почерком ли Арлен Дюваль он написан.

Гамильтон Бергер с видом победителя подошел к свидетелю и протянул ему небольшую тетрадку.

Позади себя Мейсон слышал, как у Арлен Дюваль вырвался возглас негодования.

– Но он… он не посмеет! – Она с трудом могла говорить. – Этого нельзя допустить. Вы должны остановить их.

Доктор Кандлер пристально изучил несколько страниц и ровным, холодным голосом ответил:

– Да, это почерк Арлен Дюваль.

– И весь дневник написан ее почерком? – спросил Бергер.

– Но я не мог просмотреть все страницы.