Всего-то несколько минут с его появления прошло, а амплитуда моего настроения несколько раз скакнула от потолка до пола.
- Ну что за мужик противный, — недовольно буркает Вадим. — Это с ним ты вчера здесь была?
- Да, с ним, — эхом отзываюсь я.
- И сегодня в это же место с другой мадамой приперся, — то ли он волнения, то ли от раздражения, бывший муж переходит на киношный говор времен СССР. — Постеснялся бы.
- Как ты в свое время стеснялся? — переспрашиваю я, фокусируясь взглядом на его лице.
- Люб, ну ты чего за старое-то…
- Ничего, — отрезаю я, выкладывая на стол карту. — Звони Нике, пусть возвращается. Я пока у официанта счет попрошу.
28
- Мам, а чем все кончилось-то? — не устает допытываться Ника, пока я, стоя прихожей, наношу финальный слой помады. — Блин, так невовремя мне позвонили… С удовольствием бы посмотрела, как папа тебя ревновать стал.
- Да никакой там ревности не было. Поворчали друг на друга и разошлись по разным углам. Тем более, что Игорь Вячеславович был с женщиной.
- Не с женщиной, а с бывшей женой. А это разные вещи.
- Ну это как посмотреть, — бормочу я, невольно вспоминая остро заточенные ногти и броские каблуки.
- Будем считать, что у вас один-один, — весело продолжает Ника. — Вы оба сидели с бывшими. Папа у нас хоть куда красавчик. Наверняка ухажер твой заревновал.
- Бывшая супруга Игоря Вячеславовича тоже женщина эффектная. Очень ухоженная, — добавляю я, не зная,как еще описать столь ярую приверженность к косметологии.
- То есть, ты тоже заревновала?
- Никуш, все, хватит допросов. — От стремительно поднимающегося раздражения я даже несильно топаю ногой. — Как вцепишься - клещами не оторвешь. Надо было тебе, наверное, на юридический поступать. Дознаватель в тебе погибает.
- Ой, а чего это мы такие нервные сегодня? — ничуть не смутившись моим выпадом, ерничает дочь. — Такие вы смешные конечно. Красивый дяденька тебя заревновал, а ты его. Тили-тили-тесто…
- Ника! — рявкаю я.
— Продолжишь так делать - возьму и снова выйду замуж за твоего отца.
Вру конечно. Даже под страхом смертной казни я бы не вышла за Вадима во второй раз. Жданов в очередной раз был прав: в двадцатилетние мозги не залезешь. А вот «включать бабу», как он выразился, оказывается, и в сорок получается замечательно. Ох, сколько я вчера ворочалась перед сном, пытаясь справиться с наплывом самых разнообразных чувств.
