Онлайн-библиотека книг
А Микаель Линд из рода Людей Льда осел под Стокгольмом. Как сильно разветвился род! И как ужасно, что нас осталось так мало! Арв Грип и его дочь в Смоланде. Ингела с сыном Улой в Сёдерманланде. Ты да я. Всего шесть человек!
— И еще пропавший Кристер, сын Арва.
— О нем, к сожалению, придется забыть. Его так нигде и не нашли. Даже Эбба ничего не могла сказать о том богаче, что увел Кристера с собой. Будем надеяться, что ему хорошо там, где он есть.
— Да, если тот человек действительно богат, то он живет не в нужде.
— В этом ты права. Банально, но правда!
— Ты хочешь еще посмотреть?
— Нет. Не сегодня. Спасибо тебе! Теперь я знаю, где находятся могилы. Я еще приду сюда. Потом. Один. Мне хочется так много… Ну, Винга, не грусти!
Она отвернулась:
— Пожалуйста, иди! Вы все особенные. Одна я обычная.
— Ты не совсем обычная, Винга, — он мягко обнял ее. — Ты самое чудесное создание!
— Ты что-то слишком тепло отзывался об этой Гунилле из Смоланда!
— Гунилла тоже хорошая девушка, но она не обладает твоим чувством юмора! И я не испытываю к ней никаких других чувств, кроме родственных.
В этом Хейке был уверен. После того как он отведал горьких трав Суль, Гунилла потеряла в его глазах все свое очарование. И потом, он никогда не испытывал такого возбуждения, как рядом с чувственной Вингой.
Какие неосторожные слова! Винга сразу же уцепилась за них:
— А я тебе не просто родственница. Это ты хотел сказать?
— Винга… Я совсем не то имел в виду! Господи! Давай хоть уйдем с кладбища!
Хейке быстро пошел по направлению к дому.
Если б он видел выражение ее лица, ему бы стало еще больнее. Винга легко бежала за ним. Вид у нее был такой, словно ей только что пообещали дорогой подарок, и теперь она тихонько канючила.
7
Для Винги это была непростая ночь!
Во-первых, потому, что она ужасно боялась ночевать в доме Симена. Тем более одна. А вдруг там все-таки водятся привидения?
Винга была одной из тех странных представительниц рода человеческого, что совершенно не боялись убийц и разбойников. Боялась, правда, дома мадам Фледен. Зато могла умереть от ужаса при виде чьей-то тени или чужого дыхания.
