Демон ночи

Но если когда-то она считала его достаточно симпатичным, чтобы выйти за него замуж, то теперь она чувствовала лишь отвращение при мысли о том, что он должен прикоснуться к ней.

Жалость, сострадание, да. Но не нежность! У нее и раньше-то не было к нему подобных чувств.

Он теперь казался вдвое старше нее. Страдающий от ревматизма, шаркающий ногами, как старик, беззубый, с трясущимися руками, лысый, совершенно лишенный мускулов, со старческой грудью и животом…

Для него же она была просто мечтой. Франк не понимал, насколько он переменился.

Он был по-прежнему обходительным и приветливым человеком, хотя кое-что в его характере изменилось не в лучшую сторону. Сам не замечая этого, он беспрестанно жаловался. Это были не прямые жалобы, не слишком надоедливые, но все-таки! «Будь добра, Ванья, принеси мне вязаный жакет, здесь что-то прохладно» или «Могу я взять эту последнюю горбушку хлеба? Так неприятно видеть, когда выбрасывают хлеб, ты же знаешь, я так долго обходился без хлеба…» – и так весь день, потому что он жил теперь в Липовой аллее, не имея собственного жилья. Конечно, она понимала его и хотела помочь ему, но никаких чувств при этом не испытывала.

Наблюдая за ней целую неделю, Бенедикта решила серьезно поговорить с ней.

– Дорогая Ванья, – сказала она, – от тебя исходило сияние радости все это лето, и мы были счастливы, что ты наконец вышла из состояния жуткой депрессии. Но теперь… когда Франк вернулся домой и ты должна была бы радоваться, как никто, ты совершенно сникла.

– Неужели? – испуганно произнесла Ванья. – Я не думала…

– Не думала, что это будет заметно? Ты никогда не умела скрывать свои настроения. Что с тобой? Ты не рада фантастическому спасению Франка?

– Да, конечно, я рада за него, ты хорошо это знаешь! Но за себя я не рада. Да… он ведь никогда не значил для меня слишком много. Не то, что Сандер для тебя. И теперь все складывается просто ужасно. Что мне делать, Бенедикта? Мне не хочется обижать его!

Бенедикта озабоченно посмотрела на нее.

– Твоя радость этим летом… У тебя есть другой мужчина, Ванья?

Ванья горько рассмеялась.

– Другой мужчина? Нет, Бенедикта, могу тебя уверить, что это не так!

Это был вовсе не мужчина. Это был демон, которого уже нет здесь.

– Нет, я просто подумала… – нервозно рассмеялась Бенедикта. – Ты уходила каждый вечер…

Ванья вся сжалась. Но все-таки ответила спокойно:

– Да, я люблю гулять в лесу и размышлять. Я постоянно это делаю.