Онлайн-библиотека книг
Ей явно не хотелось оставаться в стороне.
– Но тогда я знаю, о чем вы говорите! Да, когда вы сказали об этом, я… дайте подумать… Да, прошлой ночью что-то было…
– А не поговорить ли нам о чем-нибудь более приятном? – сказала Белинда. – Все-таки сегодня у Агнеты день рождения.
Ванья вздохнула с облегчением. Хотя оставалась нервозной весь ужин. Когда Хеннинг произнес тост в честь своей жены, она с радостью выслушала его и была очень тронута."
"Принесли десерт, и все стали восхищаться прекрасным пирогом. Его испекла Малин и теперь с гордостью принимала похвалы.
Настроение у всех было радостным и веселым, пока Ванья вдруг не уставилась на изящный абажур и не вскрикнула:
– ТАМЛИН!!!
Все отложили ложки и бокалы и изумленно уставились на нее. Она же отвела взгляд от потолка и сказала с дурашливой улыбкой:
– Я только что видела его. Его зовут Тамлин, это эльф из шотландских лесов, не так ли?
– Да, – ответила ее мать. – Но тебе вовсе не следовало бы так пугать нас!
– И что же ты знаешь о Тамлине? – с игривым блеском в глазах спросил Кристоффер.
– Мне скоро исполнится двенадцать, – поправила его Ванья. – И что же плохого в этой истории?
– Я рассказала ей упрощенную версию, – пробормотала Агнета. – Кому-нибудь положить еще пирога?
Ванья не сдавалась.
– Разве Тамлин не был добр со всеми теми девушками, бедняжками, которые блуждали по его лесу? Кристоффер прыснул со смеха.
– Добр? Да, возможно, им так казалось!
– Ну, хватит об этом, – строго сказал Пер Вольден.
Когда все занялись пирогом, взгляд Ваньи снова устремился к потолку. Глаза ее смотрели строго, на лице появилась предупредительная гримаса. Потом она встала.
– Ах, я забыла закрыть печную заслонку в комнате, – торопливо произнесла она. – Сейчас вернусь.
Она быстро вышла из комнаты, сделав перед этим осторожное движение рукой, словно поманив кого-то. Но этого никто не заметил.
– Она в самом деле очень мила, – сказала Малин. – Но слишком уж рассеяна!
– Она живет в мире сказок, – кивнула Агнета.
Ванья спешила в самую старую часть дома, где находилась ее комната. В прихожей висели написанные Силье портреты четверых детей: Суль, Дага, Лив и Аре, ныне реставрированные, но по-прежнему ценимые потомками. Витраж, сделанный художником Бенедиктом, светился всеми цветами радуги.
