Зачем? Надеялась, что эльф и демон не знают того, что теперь стало известно и ей? Глупо. Стали бы они тратить силы на человека…
А ведь точно. Дело именно в этом.
Аланта не глупышка, а, как сказал Салмелдир, прожженная интриганка. Возможно, родилась такой, а может быть, жизнь заставила крутиться. Но сути это не меняло. Ей абсолютно не важно, знают ли о моей подлинной расе окружающие. Ей важно, чтобы они поверили в то, что сама дракониха понятия об этом не имела, а дралась исключительно с человеком. Подумаешь, убить какую-то человеческую девчонку.
В сущности, пустяк, ерунда. И совсем иное — попробовать причинить вред себе подобной. Ой, нет! Походить на Аланту совсем не хотелось. Скажем иначе, попытка убийства существа редкой, почти исчезнувшей расы, наказывалась намного строже, чем убийство человека.
И тут меня посетила еще одна догадка: слишком много конфликтов древних и людей. Ни одна личность не позволит вытирать об себя ноги, но ни одна разумная личность не рискнет открыто пойти против врага превосходящего ее силой и численностью.
А тайно? Тайно могли бы рискнуть выступить?
Я поняла самое главное — скрытая конфронтация вполне возможна. Даже несмотря на короткую жизнь, среди людей рождались гениальные умы, чьими изобретениями не гнушались пользоваться и древние. Правда, не восхваляя заслуг создателя. И что мы имеем? Конфликт назрел давно. С тех пор численность древних сократилась и продолжает уменьшаться, а их магия тает на глазах. В то время как люди процветают."
"Совпадение? Не думаю. Чтобы понять людей нужно стать частью их сообщества.
Каким бы умным и догадливым ни был демон, он не сможет проследить эту закономерность, ибо только тот, кого унижали, поймет всю горечь и обиду униженного.
— Это не важно, — зло ответил драконихе Сеттар. — Ты посмела причинить вред моей невесте. Намеренно.
И вот теперь Аланта вздрогнула. Когда человек становится избранным древнего (а такие случаи изредка, но все же имели место быть), он приобретает иной статус. Значит, и наказания избежать не удастся.
Я видела, как в зеленых глазах затаился страх, но женщина расправила плечи и высоко подняла голову, держа перед собой скованные руки. Насколько ей позволили наручники и цепи.
— Вы не имеете права меня судить! — заявила она.
— Мы? Нет! — с раздражающей улыбкой ответил ей Салмелдир. — Любишь кататься, Алли, так люби и катайся! Твой случай будет рассмотрен Советом древних. Прошение подано, ждем посла с их решением. И ты сама нарвалась. Даже у наглости есть предел.
