Я шатался по коридорам и комнатам, мысленно отмечая, где и что находится. А если конкретнее — в этом мне помогал бесенок, обладавший великолепной памятью.
— Комната для прислуги, — сухо сказал он.
Мы прошли несколько метров по коридору. Я толкнул старую дверь, от чего она скрипнули и обвалилась с грохотом на землю. Я глянул на пустой короб и осмотрел ржавые петли, которые не выдержали нагрузки. Просто сгнили.
— Раздевалка. Тут прислуга меняет домашнюю одежду на рабочую. Чуть глубже комната для личной гигиены.
Обошли так по всему этажу, отметили, где кухня, столовая, клозет. Где инвентарь для уборки, полноценная ванная комната в плитке и медными трубами подачи воды. Видимо у Митасовых в лучшие годы даже была горячая вода, что многого стоит.
Затем поднялись на второй этаж. Сквозняк гулял тут, как у себя дома. Меня интересовала лишь одна комната, в которой мог пригодиться ключ. Тот самый ключ, который я подобрал с тела покойного Александра Ивановича.
Я сжимал в кулаке этот кусочек металла в кармане и жадно выискивал заветную створку.
И она не заставила себя долго ждать. Закрытая дверь, которая не отворилась при первом толчке. Крепкая. Дубовая. С резными разными знакам и символами.
Я вытащил ключ из кармана и подал его в замочную скважину. С мягким щелчком ключ вошел. Поворот. Раз. Два. Три. Я аккуратно повернул круглую ручку и толкнул дверь внутрь.
Внутри было темно. Запах пыли уже был не таким ощутимым, но здесь почему-то дышалось легче. Словно комната была зачарована от старения и грязи.
Я вошел внутрь и притворил за собой дверь.
Просторное помещение. Бардовые плотные гардины закрывали огромное окно, сквозь которое сочился мягкий утренний свет. Тихими шагами, словно боясь кого-то разбудить, я прошел по деревяному полу и отдернул гардины, впуская солнце внутрь.
— Палочка Коха тебе спасибо за это не скажет, — прокомментировал бесенок.
— Назначь ей встречу со мной на послезавтра после обе обеда. Я сейчас слишком занят.
Открыл створку, впуская свежий утренний воздух, после чего развернулся и осмотрелся еще раз.
Передо мной стоял широкий стол со множеством ящиков. Каждый из них был заперт на ключ.
По правую руку от меня стояли множество шкафов и сервантов. Шкафы с книгами. По левую невысокий столик с хрустальной посудой: графи и ваза с давно высохшими фруктами. Чуть дальше огромный ларь с амбарным замком."
"Я подошел к столу. Кипа бумаг, растерзанных чьим-то воспаленным разумом, лежали разметанные по поверхности.
