К этому моменту священник уже точно знал, что нападения «клопов» всегда происходили по одной схеме: ощетинившийся иглами шар подплывал к берегу, каждый раз днём, и вываливал из своего чрева десятки автоматических машин. Видимо, тревогу в поселке поднимали слишком поздно. Патрик не видел изувеченных тел. Он слышал грохот взрыва, свист разлетающихся осколков — и наступала тишина, нарушаемая только шуршанием лапок по песку. Каким образом машины ухитрялись взорвать человеческое поселение и зачем они это делали, он так и не смог понять.
А до четвертого поселка они добрались девять дней назад.
Закономерность очевидна. «Время на поиск людей у них всё сокращается. Скоро они высадятся на нашем побережье».
Чему учит нас Охотник на Вампиров?
«Упрись и стой твердо. Самое главное — где именно встать».
Патрик обошёл бункер и раздвинул ветки около запасного выхода. Там на корточках сидел Дорн — молчаливый верзила с репутацией смельчака.
— Вода не испортилась? — первым делом спросил Патрик.
Дорн отрицательно качнул головой.
Он был скуп не только на слова, но и на жесты.
С тех пор, как Патрик наткнулся на бункер, он готовил людей к тому, что им придется укрываться в нем. Одно поколение сменялось другим, уже подрастало третье, и год за годом священник приучал паству к простому ритуалу: по его сигналу все должны покинуть свои жилища и бежать в укрытие. Без промедления. Без сомнений. Это единственный шанс спастись от смертоносного шара, выплывающего из моря.
Теперь, когда его группа осталась последней, Патрик удесятерил бдительность.
Он пополнил бочки в убежище водой и раз в неделю менял ее. Провизию и все необходимое на первое время священник начал перетаскивать в бункер уже давно, несмотря на возражения общины. Люди не понимали, зачем вялить мясо, если можно съесть его сейчас. Зачем их заставляют набивать дополнительные матрасы, которые к тому же не используются в домах, а валяются без всякого смысла в подземном амбаре. Но авторитет Патрика пока держался, и ему не противоречили в открытую, лишь ворчали.
«Мы укроемся здесь. Переждём нападение. Три дня, семь дней, две недели — сколько потребуется. Потом выйдем, отстроим посёлок и начнём всё заново».
План был не слишком хорош. По правде говоря, он сильно напоминал изветшавшую тряпку, так много в нем было дыр и расползающихся ниток. Но другого не имелось.
Толстяк Бран непременно спросил бы, что произойдёт, если машины не вернутся откуда пришли, а осадят бункер.
