Крупнокалиберный монстр снова шарахнул едва ли не артиллерийским выстрелом, подняв тучу пыли, однако, еще до пыли Шабалин успел заметить ярко-белый разрыв бронебойно-зажигательной пули в центре люка, а спустя секунду все услышали громкий хлопок разрыва.
Отдача, в целом, не показалась ему запредельной — он ожидал большего. Открыв затвор, поднял с земли гильзу, осмотрел её.
— Пуля весит пятьдесят грамм, — сказал Артём. — При стрельбе по отрытой живой силе нет никаких средств защиты от неё.
— А давайте скальник поставим, и ударим по нему, — предложил лейтенант Хвостов.
Энтузиасты на дальности двести метров поставили валун, размером с грудную клетку среднего человека, под валуном, на безопасном удалении, поставили два смартфона, с включенным режимом видеозаписи. Артём произвел выстрел, и к восторгу всех присутствующих, валун разлетелся на мелкие осколки, не задев, тем не менее, смартфоны.
Кинулись смотреть, восхищаясь мощью оружия.
— Только так, народ, — строго сказал Паша. — В сеть не выкладывать, особисты не дремлют…
— Знамо дело, — пробурчал Борзов, которому органы военной контрразведки уже делали замечание, предупреждение, последнее предупреждение и самое последнее предупреждение за страницу в соцсетях, которую он безостановочно наполнял эпизодами своей военной жизни.
— Кто знает, какой объем видео в одноклассники влезает?
— Слава, — укоризненно покачав головой, вздохнул ротный. — Доиграешься!
После возвращения в расположение и чистки оружия, уже поздно вечером Паша вышел из казармы и направился домой.
В кармане вдруг он нащупал кусок бумаги, а когда извлёк под свет дорожного фонаря, разглядел визитку казачьего генерала.
— Точно! — вслух сказал Паша, и, набравшись смелости, позвонил.
— Алло, — ответила трубка.
— Сергей Иванович, — сказал Паша. — Я Павел Шабалин, помните, командир снайперской роты… я вам винтовки зимой пристреливал…
— Да, Павел, — ответила трубка. — Помню… чего хотел?
— Хотел нагло попросить о помощи, — сказал Паша, и, понимая момент, добавил: — товарищ генерал-лейтенант…
— Что случилось? — голос собеседника изменился с осторожного до снисходительного.
— Мы уезжаем… эээ… на юг… ну, вы понимаете…
— Не совсем…
— В Саратов…
— Так, в город Саратов, и что?
— Ну, не в тот Саратов, который город, а который южнее…
— Не понимаю.
— В Сирию мы едем, воевать, — плюнув на секретность, сказал Шабалин.
— Ну, надо же, как я сразу не догадался? Какую вы хотите от меня помощь?
— Может, слишком нагло будет…
— Говори.
