В этом моменте загвоздка уже не впервые, она садится с твёрдой спиной, а нужно «стечь» в приседание мягко и расслабленно. Но в это раз у неё получается как надо. А потом… Потом я понимаю, что не способен продолжать.
Фонограмма продолжает играть, но вместо поддержки я замираю. Замирает и Нина, ловит мой взгляд в зеркале. Мы стоит очень близко — соприкасаясь. Я наклоняюсь и прижимаюсь губами к её шее. Ощущения, будто я прошёл пешком Сахару и сейчас наконец припал к живительному источнику.
Нина резко выдыхает, вздрагивает, но не отстраняется.
Хорошо. Понимаю, что для неё это слишком сильная и слишком скорая откровенность, но запретить себе не могу.
Оставляю дорожку поцелуев на её чуть влажной после танца коже, веду языком, глядя в глаза через зеркало. Полные губы приоткрываются, показывая ровные белые зубки. Глаза блестят, грудь трепещет от частого дыхания. Мне нравится её реакция. Нравится моя реакция.
Целую линию подбородка, а потом легко прикусываю мочку уха, потянув за маленькую серёжку. Кладу ладони на талию, прижимая к себе.
Нина чувствует ягодицами мою реакцию на неё, часто моргает и снова закусывает свою губу.
А я не могу остановиться. С ума схожу. Мне нужно что-то ещё, хоть что-то. На ней спортивные штаны с низкой посадкой и короткая футболка, открывающая узкую полоску голой кожи. Легко касаюсь пальцами, ощущая, как Нина инстинктивно напрягает пресс. Я чувствую лёгкий рельеф мышц подушечками пальцев. За несколько недель Пёрышко быстро восстановила форму. Больше не держу её взгляд через зеркало своим, позволяя самой выбирать, куда смотреть.
Сам же наблюдаю за своими действиями. Скольжу пальцами вдоль резинки её штанов, чувствую, как кожа на животе Нины покрывается мурашками. Отзывается девочка.
Хожу по краю. А потом не удерживаюсь и переступаю черту. Подцепляю резинку и миную её. Нина вздрагивает и сжимается.
— Максим… — кладёт ладонь мне на запястье, останавливая.
Не надо, малышка, не тормози меня. Мне сейчас это жизненно необходимо.
Второй рукой провожу по её горлу, запрокидывая голову мне на плечо, чтобы не видела себя в зеркале.
Так проще переступить грань — когда не видишь.
— Позволь мне коснуться тебя, — шепчу, понимая, что сам уже давно на грани, — Просто расслабься. Не думай ни о чём.
Может быть, это действительно слишком рано для неё, слишком быстро. Но я хочу её оргазм. Хочу сорвать первую ягоду её сладкой дрожи. Нет, конечно же она доставляла удовольствие себе сама, это естественно, все так делают.
