Я проходила реабилитацию, просто что потом не вернулась к репетициям.
— Дай мне правую ногу, — он подходит близко и требовательно протягивает руку.
— Зачем? — напрягаюсь.
— Давай, — снова хмурый взгляд, вынуждающий подчиниться.
Я хватаюсь руками за станок и опираюсь на него спиной, когда Максим берёт меня за щиколотку. Он проводит ладонью от пятки до чувствительного места под коленом, отчего опорная нога у меня подкашивается, и приходится вздохнуть поглубже.
— Здесь тянет? — задерживается пальцами чуть выше того чувствительного места.
— Нет, — голос мой звучит странно и приходится откашляться слегка.
— У тебя напряжённый шпагат, правая нога уходит плохо, если делать в воздухе, а не на полу, потому что связка после травмы растянута недостаточно, слабее, чем на левой. И поэтому ты не можешь удержать нужный баланс — левая попросту перевешивает.
Он плавно, но твёрдо ведёт мою ногу вверх, и когда до уха остаётся совсем чуть-чуть, чувствую дискомфорт. Это весьма странно, учитывая, что растяжка у всех нас в школе была больше ста восьмидесяти градусов.
Я легко могла завести ногу не только за ухо, но и достать правой до левого за затылком.
— Расслабься, связку нужно вытянуть.
Он стоит слишком близко, почти прикасаясь всем телом, фиксируя своим коленом моё на опорной ноге, потому что то начинает подкашиваться из-за недостаточной растяжки.
— Максим, мне больно, — упираюсь одной ладонью ему в плечо, а другой судорожно цепляюсь за станок.
Он продолжает пружинить моей ногой вверх мягко, но по нарастающей, крепко удерживая под пяткой, второй рукой взявшись за станок сбоку от меня.
Я как в ловушке, даже не пошевелиться. Мышцы и связки горят, будто вот-вот лопнут и кости вылезут наружу.
— Хватит! — бью кулаком по его плечу, готовая взвыть.
— Потерпи, Пёрышко, — говорит негромко. — Конечного напряжения я ещё не чувствую.
Да твою ж!
— Зато я чувствую!
Помню я все те слёзы и сопли на растяжке, когда рыдаешь, но тянешься. Преподаватели нас не жалели, но сейчас совсем другое.
Через пару длинных мучительных секунд Максим отпускает меня, плавно опуская ногу вниз, а я отталкиваю его и стекаю на пол, сворачиваюсь и подтянув многострадальную конечность. Под коленом и ягодицей болит адски.
Тиран хренов.
— Поболит пару дней, так что передохнём. Ты только каблуки не надевай.
А то я без тебя не знаю, что делать после драконовской растяжки. Но вслух решаю промолчать, наградив партнёра лишь сердитым взглядом.
