Держи врага ближе

Увы, поскольку выжили только мы, ожесточенно и отчаянно сражаясь, больше награждать ее величеству императрице станется некого…никто ведь не поверит, что оборона крепости женского ума заслуги!

- Да как вы смеете! - задыхаюсь от бессилия я, тяну руку к поясу и кладу пальцы на рукоятку клинка в ножнах, но вдруг резко замираю, когда слышу убивающий всякое мое возмущение до боли знакомый голос, от звука которого сердце начинает трепетать в груди раненной птицей:

- Тоби, все записал?

В темноте, за пригорком раздается еще один мужской голос, в котором нет даже намека на то, что его обладатель пытается скрыть ехидную полную самодовольства насмешку:

- Так точно, полковник.

В звонко повисшей тишине шаги приближающихся мужчин по прошлогодней пожухлой листве особенно слышны. Лицо обдувает прохладный ночной ветерок, доносящий с реки запах тины, но он не приносит мне и грамма умиротворения.

Перестаю обращать внимание на толкающую меня в плечо дружелюбную лошадку, на заметно начавшего нервничать Фишера, с которого слетела вся его бравада, возящегося с собственным поясом Брайана, двух сбитых с толку лейтенантов, вцепившихся напряженными пальцами в поводья.

Стук сердца эхом звучит в ушах.

Под тенью голых деревьев, с небольшой горки ловко спускаются несколько человек. Из-за тусклого света фонарей на нашей поляне разглядеть скрытые мраком фигуры на расстоянии двадцати шагов почти невозможно.

Я лишь подмечаю, что количество людей, оставшихся за пригорком, превосходит количество тех, кто решил показаться и вышел вперед за своими командирами.

Удивительно, что никто из нас не заметил, что мы в этом пролеске не одни. Даже сейчас я могу лишь гадать, какое количество воинов – это определенно не простые солдаты – находится вне поля моего зрения. В том, что меня, Фишера и остальных им видно прекрасно, не сомневаюсь.

Его я узнаю мгновенно, стоит главному герою только оказаться в пределах видимости моих глаз. Он - единственное, что я вижу.

Мне не нужно вглядываться в его лицо или слышать голос, чтобы понять, кто из пяти идущих вперед мужчин Эш.

Словно не было меж нами этих полутора лет разлуки. Будто та дождливая ночь была лишь вчера. И в то же время, прошли сотни дней и тысячи часов.

Жадно впиваюсь глазами в приближающуюся фигуру человека, по которому редко когда могла признаться самой себе, что тосковала. Он жив, он цел. Это главное.

Его волосы все так же черны, но заметно длиннее, чем раньше.