Держи врага ближе

Оказалось, он перевелся в столицу и жил неплохо, уверенно продвигался по службе. От него я узнал, почему погиб отец…

Эш втягивает воздух, тема его исповеди приобретает более мрачные черты. Говорить дальше ему не хочется, но он пересиливает себя. Серые глаза ищут мой взгляд, в них мелькает множество эмоций.

- У него был роман. Годами он изменял моей матери с сестрой своего друга. Семья, по которой я так тосковал, никогда не была идеальной. Деккер не сказал прямо, но мне и так стало ясно, что он, возможно, в порыве гнева, оказался повинен в гибели моего родителя…Вероятно, какое-то чувство вины его не покидало и он подсуетился, помог мне, оставшемуся без отца и матери мальчишке, получить стипендию в академию…

Заглядываю снова за спину Эшу, туда, где прислонился к стене подаренный мною от имени Деккера ему клинок.

На рукояти поблекшее украшение, сплетенное из нитей. Он не оборачивается, словно и без того зная, что находится в центре моего взора.

- Та красная кисточка…единственное, что мне от них осталось…Символ любви.

..Смехотворная вещица, которую я хранил долгие годы и от которой не мог избавиться..

Эш улыбнулся, легонько и медленно потянул к себе мою руку, накрыл ее второй своей ладонью. Его руки были такими тёплыми, мне почему-то стало очень тоскливо. И совсем немножко... совсем чуть-чуть, почему-то захотелось заплакать.

Одинокий ребёнок, который нуждался в том, чтобы ему протянули руку и обняли, когда он плачет...вырос. Того маленького Эштона, которому была необходима помощь... больше не было.

- У тебя холодные руки.

- Зато у тебя они горячие, - отвечаю я, глядя на наши переплетенные пальцы. Умом понимаю, что пора бы прервать этот контакт, чтобы не давать лишний раз ему надежду, но…так тепло.

- Не хмурься, а то лицо помнется.

После рассказа о собственном прошлом он еще и шутки шутить горазд.

Сглатываю, не зная, что сказать, как утешить, да и нужно ли это, ведь мои слова вряд ли смогут что-то исправить. Любые проявления сочувствия сейчас бы звучали блеклыми и бесполезными.

Я предполагала, что детские годы главного героя выдались тяжелым испытанием на прочность, но такого точно не ждала.

Когда тебя предает тот, кому ты глубоко верил, это отличается от предательства незнакомца или врага.

Прошлого не изменить. Но будущее…вполне возможно.

Я отпускаю руки Эша и медленно встаю. Вино ударило в ноги, моя походка сделалась нетвердой, и все же. На ногах я пока могу стоять. Подхожу к мечу и легким движением рук снимаю эту алую кисточку.