Дерзкий морпех

Почувствовав, что заинтересовал сослуживцев, Иван с воодушевлением продолжил:

– В семье, конечно, праздник, а мне – полный облом. Никого из нормальных пацанов, с которыми до армии тусовался. Кто еще в армии (время такое было, что призыва боялись, как черт ладана), кто уже в тюрьме, а кто и вовсе… женился. Прикиньте? Короче, погулять не с кем, и тут – на тебе, встречаю Машку. В школе она не особо блистала красотой, да и после не изменилась, но что может остановить моряка? Такая мелочь, с лица воду не пить. Короче, слово за слово, потом зашли в кабак, выпили хорошенько.

Пошел я Маху провожать, возле дома зажал ее и говорю, мол, пригласи в гости. Она мне: «Все вы, военные, такие скорые, только пусти вас за порог, сразу потянете в постель». Какая, говорю, постель, я же целый год служил на атомной подводной лодке, а там радиация, так что от былой потенции остались одни воспоминания. Бедненький, говорит Маха с такой неподдельной тоской в голосе, идем хоть кофе выпьем. Короче, все произошло так, как она и предполагала. Кофе мы допить не успели, как уже оказались в постели, потом я ее всю ночь «жарил» по полной программе. А утром за свежей порцией натурального кофе Маха мне и говорит, Ванечка, на тебя радиация в обратном смысле действует. Вот так вот, пацаны.

– Гы, гы, гы, – дружно заржали находящиеся в казарме морпехи.

– А я предпочитаю студенческие общаги, – Павел Чегунов тоже поднялся с постели. Он был также широкоплеч и мускулист, ямочка на треугольном подбородке делала его лицо по-плейбоевски смазливым, хотя парень был из обычной рабочей семьи.

 – У нас в Шадринске был текстильный техникум, так в их общаге я и покуражился. Наверно, только самые страшные были обделены моим вниманием.

– Фи, зема, а вы не эстет, – вытягивая из пачки сигарету, с наигранным сожалением проговорил Погожий. – Пользуетесь ширпотребом.

– Ой, ой, ой, можно подумать, ты, Иван, из аристократов, – сделал вид, что обиделся, Чегунов.

– Вполне может быть, мой дед в Одессе был лучшим каталой, а у этого народа, сам знаешь, белая кость, – самым серьезным тоном ответил младший сержант.

– А если ты сам весь из себя такой крутой, чего же оказался аж в Кемерово? – не сдавался Павел.

– Да дед не у того выиграл большую сумму налика. Огреб срок, а когда вышел, ему прямо у ворот зоны объяснили, что, если он вздумает пересечь Урал, это будет его последний день. Дед пораскинул мозгами и остался в Кемерово, благо специальность закройщика уже в зоне приобрел.