Онлайн-библиотека книг
А когда сойду…
Джинсы сидят на бедрах, мне кажется, или попа Сонечки стала пухлее? Сочная, упругая, так и манит подхватить, подсадить, вжать, рвануть пуговицы, развернуть и…
Мой взгляд мечется по всему ее телу, отмечая круги под глазами и локон на шее, дрожь пальцев и искусанные губы. Ты под ним их кусала, шлюшка моя?! Под этим молокососом, что следует за тобой, позвякивая новым набором наручников. Вы собираетесь со мной развлечься по-взрослому, детки?
Но разгорающееся в крови пламя, гнев, похоть, ярость, голод не дают мне спокойно подумать о том, зачем они сюда явились.
- Давид… - Соня отворачивается от меня, но ее ладонь взмывает в останавливающем жесте. Передо мной. Хочется одновременно вывернуть ее, загнуть за спину и опрокинуть мою любимую дрянь… и перецеловать каждый пальчик, всосать их по одному, глядя ей в глаза. - Давид, подойди. Это моя последняя просьба.
Были другие? Ухмыляюсь. Взгляд Давида почему-то упирается мне в пах. Да еще так упорно, что я и сам перевожу туда свое внимание.
На Сонечку у меня стоит всегда. Даже сейчас, когда я считаю ее шлюхой и предательницей.
Дрянью, променявшей меня на этого обсоса после всего, что я сделал ради нее… Но стоять стоит. Ух, как бы я ее наказал за предательство! Как жестоко отодрал бы, выдолбил бы во все дырки до потери сознания, а потом еще пару часов!
От мыслей о наказании Сони путем посадки на кол, причем на мой кол, этот самый кол становится еще больше и покачивается уже угрожающе, и Давид смотрит на него почти со страхом.
Соня тоже ловит взгляд Давида, с удивлением его прослеживает до моего паха, вдруг застывает, глядя как ожидающее ее орудие пыток вздрагивает в предвкушении и… заливается краской. Узнаю мою девочку. Стеснительную шлюшку, которая сначала отнекивается, а потом так орет, что заглушает музыку на корпоративе и пугает соседей по улице.
Но она продолжает шоу, ради которого пришла. Забирает из рук Давида наручники, пристегивает к нижней спинке кровати.
