— Кто дает собаке кличку «Фредерик»?
— А? — Да она скачет от одной темы к другой не хуже воробушка!
Аннабель слегка выпрямилась."
"— Луиза назвала своего пса Фредериком. Вам не кажется, что это просто смешно?
— Вообще-то нет, — признался Себастьян.
— У меня брата так зовут.
Себастьян не представлял себе, зачем Аннабель все это рассказывает, но казалось, беседа отвлекает ее от неприятных мыслей, поэтому он охотно поддержал разговор.
— А ваш Фредерик случайно не один из тех самых резвых братьев?
— Так и есть.
А еще его избрали «Уинслоу, который вероятнее других не станет викарием». — Тут она ткнула себя пальцем в грудь: — Я, несомненно, побила бы его в этом состязании, если бы из него не исключили всех девочек.
— Ну конечно, — пробормотал он. — «Уинслоу, быстрее других засыпающая в церкви», и все такое. — А потом спросил: — А вы и в самом деле это делаете? Засыпаете в церкви?
Она устало вздохнула:
— Каждую… божью… неделю.
Он усмехнулся.
— Мы с вами составили бы дивную пару.
— Так вы тоже?
— О, нет. Я никогда не засыпал. Меня выгоняли за неподобающее поведение.
Она, блестя глазами, наклонилась вперед.
— И что же вы такое делали?
Он тоже наклонился и хитро улыбнулся.
— Этого я никогда не скажу.
Она отшатнулась.
— Так нечестно!
Он пожал плечами:
— Теперь я просто не хожу в церковь.
— Никогда?
— Нет. Но если уж быть до конца честным, сейчас я, скорее всего, заснул бы. — Чистая правда. Для тех, кто не может заснуть по ночам, расписание церковных служб составлено весьма неудобно.
Аннабель печально улыбнулась и встала. Себастьян тоже начал подниматься, но она подняла руку.
— Пожалуйста, сидите.
Себастьян смотрел, как она подходит к окну и упирается лбом в стекло.
— Вы думаете, он все еще там? — спросила Аннабель.
Он не стал притворяться, что понятия не имеет, о ком идет речь.
— Скорее всего. Он жутко упрямый. Если ему сказали, что вы должны вскоре вернуться, значит, он ждет.
— Леди Оливия пообещала мне, когда закончится ее встреча, проехать мимо дома Викерсов, посмотреть, стоит ли там еще его карета.
— Аннабель обернулась и, не глядя ему в глаза, спросила: — У нее ведь не назначено никакой встречи, да?
Себастьян подумал, не солгать ли. Но не стал.
— Не думаю.
Аннабель медленно кивнула, потом лицо у нее сморщилось, и он невольно подумал: «О, Господи, только не слезы!» — потому что он совсем не знал, что делать со слезами. Особенно с ее слезами.
