Помощи ждать было неоткуда…
Тем удивительнее, когда она вдруг пришла в виде Романа Евгеньевича, который зачем-то вышел из своего кабинета и, конечно же, заметил нас. Видимо, мой растерянный и испуганный вид радости в начальнике не вызвал, поэтому он решил сам взять быка за рога. Вернее, самому обработать такого почетного клиента, как Ильяс.
Взяв меня и Рахматулина под белы рученьки, Роман повел нас в творческий отдел, где Ильясу был оказан прием на самом высоком уровне. Его усадили на кожаный диван, а после начальник лично принес ему кофе, чай и даже коньяк, от которого Рахматулин отказался.
В ненавязчивой форме Роман, который, кажется, решил, что я этот заказ не потяну, оттеснил меня. А я была и рада!
А Ильяса он перепоручил заботам Лены Бочкаревой и Светы Вавиловой. Девушки птичками порхали вокруг Рахматулина, расспрашивая его про его пожелания к стиху и предлагая различные варианты дизайна. В глазах их стоял неподдельный восторг.
Кажется, дай им волю, они бы его облизали.
Судя по всему, с Жубановой девушки еще переговорить не успели…
Ильяс, издевательски скалясь, выбрал самое мерзкое оформление будущего стиха — в жутких бордовых розочках.
А после, совершенно игнорируя что-то ему ласково щебечущую Лену, поднялся и обратился ко мне:
— Жду от вас предварительный вариант, Ульяна. Надеюсь, вы меня не разочаруете.
— Эм… Ильяс Камильевич, у нас тут небольшая рокировочка, — тут же встрял Роман Евгеньевич. — Вами будет заниматься Лена Бочкарева — она не менее замечательна и талантлива, чем наша Ульяна.
Еще и дизайнер, ко всему прочему.
Бочкарева изогнулась со всей возможной грациозностью и улыбнулась, тряхнув гривой своих роскошных рыжих волос. В сочетании с ее обтягивающим изумрудным брючным костюмом они выглядели изумительно, как в рекламе шампуня. Она вообще смотрелась шикарно, Бочкарева. Как и всегда.
— Никаких Лен, — Ильяс даже не взглянул на нее. — Только Ульяна. Тем более имена совпадают. Вы же сами сказали, Роман Евгеньевич, что это хороший знак.
— Но… м-м-м… — попытался возразить Роман, но смолк, видимо, припомнив, что желание клиента — закон.
— Как пожелаете, Ильяс Камильевич.
И засеменил провожать дорогого гостя.
А Лена Бочкарева одарила меня таким взглядом, что, если бы им можно было убивать, я уже лежала бездыханная.
Глава 27
Вольф
— Здесь была девушка. Куда она делась?
Я знал, что уборщица ни в чем не виновата. И спрашивал ее спокойно, без угрозы.
Но она все равно попятилась, глядя такими глазами, словно видит чудовище.
