Мое внимание возвращается к Эйдену, который пристально наблюдает за мной.
С начала этого года его густые брови слегка нахмурились. Как будто он взламывает математическую задачу или киберкод.
Краткое проявление человечности исчезает, и бесстрастное лицо берет верх.
Именно тогда я понимаю, что держала его как в тисках.
Хуже. Мы наедине в комнате, и он блокирует единственный выход. Я пытаюсь спуститься по его телу, но его смертельная хватка сжимается вокруг моего живота.
— Ой. Это больно! — я толкаю его в грудь.
— Тогда стой спокойно.
— Уф. Отпусти меня, Эйден!
— Зачем? Ты пришла сюда ради меня, не так ли?
Высокомерие этого ублюдка.
— Твои мечты, придурок.
— Тогда ради кого ты пришла, а? — его глаза сверкают, и это выводит меня из себя.
Он меня бесит.
И, по-видимому, я чертовски мстительна, потому что одариваю его насмешливой улыбкой.
— Как ты думаешь, ради кого? Я пришла ради своего парня Ксандера.
Его глаза темнеют, но он улыбается леденящей душу улыбкой, как в фильме ужасов.
— Повтори. — я сглатываю, и звук потрескивает от жгучего напряжения в воздухе. — Продолжай, милая. Я позволю тебе произнести это еще раз.
Мне не стоило этого делать.
Учитывая убийственную энергию, циркулирующую вокруг него, я должна сократить свои потери и заткнуться.
Должно быть, я сошла с ума, потому что говорю:
— Мой парень Ксандер. Он, должно быть, ищет...
Это происходит так быстро, что я едва замечаю это.
Эйден бросает меня на кровать и забирается на меня сверху.
У меня перехватывает дыхание, когда я вижу безумный взгляд в его глазах. Словно кто-то нажал на кнопку.
Я нажала.
Я лежу под его нависшим телом. Его плечи натягивают ткань футболки, и он тяжело дышит, будто возвращается с пробежки.
Я сжимаю бедра вместе, не желая, чтобы он видел, какой ошеломляющий эффект оказывает на меня.
Потому что в этот момент, когда он весь такой угрожающий и страшный, я не вижу опасности.
А должна.
Вместо этого я хожу в поисках за этой опасностью, жажду вонзить в него свои когти и разорвать непроницаемое лицо, чтобы заглянуть за него.
Я почти уверена, что найду монстра, но все равно хочу его увидеть.
Я все еще хочу посмотреть, из чего он сделан. Почему он пошел этим путем.
Его рука тянется к моему лицу. Я сглатываю, когда он проводит чувственным пальцем по моей щеке. Он должен быть мягким, но все, что я вижу, это темнота, скрывающаяся под поверхностью.
Я жажду этого. Хочу, чтобы он дал волю.
