Девятный Спас

Кроме того, памятуя об успехе нимфы, посоветовал сыну написать всех римских богинь, непременно в нагом или полунагом состоянии. Замысел был поднести сии художества лейб-метрессе, а уж она бы при случае сказала самому государю — вот, мол, майне либе, какой на Москве произрос талан.

Пока Петюша раздумывал, с какой из богинь начать, отец в нетерпении стал рыться в чулане, где валялись картины и рисунки прежних лет. Не сыщется ли ещё чего годного?

Тогда-то и свершился великий поворот, с которого, как прояснилось теперь, и взял своё начало орлиный взлёт к сияющему светилу.

Воистину неисповедимы прихотливые извивы Судьбы!

Старые Петины работы пылились безо всякого бережения — составленные к стене, на полу, на лавках, в сундуках. Как раз в одном из сундуков, на самом дне, Автоном и наткнулся на рисунок, при виде которого пошатнулся. Потёр глаза — не сон ли, не наваждение?

На желтоватой странице скользящими линиями был набросан лик Спасителя. Огромные очи Сына Божия смотрели строго и соучастно.

Всего один раз видел Зеркалов икону «Девятный Спас», наскоро и в полумраке, но ошибиться не мог: это был список с неё!

Остолбенев, он долго разглядывал изображение, никак не мог взять в толк, где и когда Петюша мог видеть святыню, которая безвозвратно пропала, унеся с собою все зеркаловские мечты.

Бросился к сыну. Тот посмотрел, пожал плечами. Не помнит!

Нарисовано было простым углем, а с учителями мальчик писал грифелем, позднее кистью.

Это была первая подсказка. Вторую дал сам листок. Спас был нарисован на обороте страницы, вырванной из какой-то духовной книги. Этакого добра Автоном Львович у себя дома никогда не держал.

Сопоставив эти обстоятельства, опытный в сыскном ремесле гехаймрат со всей несомненностью вычислил: рисовано десять лет назад, когда они с маленьким, ещё недоумным Петей жили в Сагдееве. Значит, икона всё-таки там! И Петюша её видел!

От такого открытия несытое сердце Автонома Львовича, столько лет питавшееся жалкими крохами, расправило крылья, словно выпущенный из клетки орёл, и взмыло под облака.

Есть Икона, есть! Она где-то в Сагдееве! Глядишь, и бочонки с цехинами сыщутся, но золото — Бог с ним, лишь бы Девятный Спас отыскать!

Как только дозволила служба, Зеркалов повёз сына в поместье, куда давным-давно не наведывался, лишь осенью получал от управляющего выручку за урожай.