У вас режим, — спокойно произнесла Аврора и удалилась на кухню, откуда уже доносились аппетитные запахи.
Я посмотрела ей вслед и поняла, почему при Джулии она держалась напряженно. Как человек, который был ответственен за мое восстановление, она дала возможность Джулии побывать в апартаментах, помочь мне обустроиться, чтобы я привыкла к новому месту, но воспринимала мою подругу как фактор, нарушавший мой режим.
Уже на пороге, прощаясь с Джулией, я ее обняла, а она тихо, чтобы не слышала Аврора, произнесла:
— Она зануда!
— Она ответственна за мою реабилитацию.
Не сердись на нее, пожалуйста. Доктор Митчелл мне строго наказал слушать Аврору во всем. Вот и слушаю…
— Да я не сержусь. Просто ворчу, — недовольно произнесла Джулия и, поцеловав меня в щеку, вышла за порог.
Я закрыла за Джулией дверь и, прислонившись лбом к прохладной поверхности, вздохнула, чувствуя небольшую неловкость, оставшись наедине с чужим человеком.
— Мисс Харт, обед готов, — услышала я контральто своей компаньонки и направилась в зал.
Обед получился вкусным, домашним. Сама Аврора держалась тактично, вежливо и дружелюбно. Мне казалось, она была не голодна и села со мной за стол, только для того, чтобы я к ней привыкла. Надо отдать ей должное, у нее получалось не вторгаться в мое личное пространство — вопросов не задавала и не пыталась со мной сдружиться или, напротив, показывать свои полномочия. Я в свою очередь ее ужасно стеснялась и понятия не имела, как нам дальше вместе сосуществовать.
Следующим пунктом моего режима была дыхательная гимнастика, разработка руки с массажем, и именно этот момент меня очень волновал.
Когда Аврора впервые прикоснулась к моей руке, я вздрогнула, а она, не удивившись, лишь осторожно посмотрела на меня, будто спрашивая разрешения. Внимательно рассматривая лицо медсестры, я поняла, что для нее тоже было важно мое доверие, как пациента. Она не вторгалась в мое пространство на правах медсестры, а лишь просила позволения, отчего я улыбнулась и кивнула. Ладони у Авроры оказались теплыми, а энергетика не отталкивающей, что меня успокоило, и я мысленно поблагодарила Генри за удачный выбор медсестры.
— Очень хорошо, — подбадривала она меня, пока я сжимала силиконовый мячик в ладони и не сказать, что мне было приятно.
Видя мою скукоженную рожицу, Аврора на секунду задумалась и спросила:
— Вы когда-нибудь занимались рукоделием?
Я удивилась этому вопросу, но ответила:
— Да. В детстве. Мы с мамой вышивали немного.
