Я внимательно смотрела на Джулию и понимала ее негодование — ей очень хотелось, чтобы меня укутал заботой любящий человек.
— Надеюсь, я тебя не сильно загружаю… — виновато посмотрела я на нее."
"— Еще раз скажешь такое, и я на тебя очень сильно обижусь! — зло произнесла подруга и уже более спокойным тоном добавила: — Я просто и правда не понимаю, почему ты так поступила.
— Знаешь, — задумчиво произнесла я. — Это сложно объяснить, но пока меня кружило в машине, в моем сознании все перевернулось.
— И тогда ты поняла, что не любишь Макса?
— Нет.
Не сразу, — покачала я головой. — Сначала был страх смерти, чувство конца. Выброс. Коллапс. Но потом… после… когда я начала осязать реальность, пришло осознание, вернее, даже знание, что я не люблю Макса. Я вдруг на мгновение очень ярко и отчетливо увидела себя и свою жизнь со стороны. Не было в наших с Максом отношениях искры божьей, как сказала бы Эльза, — грустно улыбнулась я, и в комнате повисла тишина.
— Тогда что было с Максом? — наконец спросила Джулия, не отводя взгляда, и мне показалось, что она сравнивала свои чувства по отношению к Эндрю и Дугласу.
— Желание все изменить, желание идти вперед. Я словно оценивала Макса, видела все его достоинства и была ему благодарна. Но это не любовь. Я знаю, как могу любить. Мне есть с чем сравнивать, и Макс не заслужил, чтобы его любили вот так… в полсилы, в ответ.
— Такого, как Макс, ты больше не найдешь, — задумчиво покачала она головой, но уже без резких интонаций в голосе.
— Знаешь, моя бабушка любила повторять: “У каждого человека есть свой ангел-хранитель.
Нужно только уметь слышать его”…
— Жестоко как-то твой ангел хранитель с тобой разговаривает.
— Какой есть, — пожала я плечами и, чтобы уйти от темы Макса и аварии, улыбнулась и спросила: — Может, чаю попьем? У нас там, кажется, еще остался чизкейк.
Пока я ставила чайник, Джулия нарезала пирог, и чувствовалось, что она где-то далеко. Я ей не мешала, и лишь тихо сидела рядом, слушая дождь за окном.
— Мне, кстати, Эмили сегодня звонила, — первая нарушила она тишину.
— Вся в тревоге.
— Что случилось? — насторожилась я. — Она мне ничего не рассказывала.
— Она не пускает Райана к сыну, а новоиспеченный папаша внезапно проникся темой семьи и грозится вместе со своим семейством Пэрри подать на установление отцовства.
— Думаю, Эмми и ее семья категорически против…
— Еще бы. Эмили и ее тетка настроены по-боевому. Сдаваться не собираются.
— Надеюсь, обойдется, — аккуратно вздохнула я.
