— Может быть, потому что Ричард тогда был бедным, без денег… решил, что не сможет вас с ребенком обеспечить…
— В то время Ричард уже основал компанию в Бангкоке, я уже встала на ноги, и мы могли обеспечить ребенка всем необходимым, — покачала она головой.
Я слушала Марту, и мне не хотелось верить в эти слова. Я пыталась найти в них подвох, опираясь на тот факт, что Марта пришла сюда с одной целью — отодвинуть соперницу.
— Что значит нашел гинеколога? В любом мед. центре есть специалисты.
— В Тае запрещены аборты, — пояснила она.
— Следовательно и абортарий был подпольный.
Меня внутренне передернуло от этого слова, но я все еще пыталась докопаться до истины.
— Почему вы пошли на это? Вы ведь могли оставить этого ребенка.
— Я удивлена вашему вопросу, — серьезно произнесла Марта.
— Почему?
— Я думала, что вы достаточно хорошо знаете Барретта. А если это так, то вы должны понимать, что если он не захотел этого ребенка, то ребенок исчез, — вымолвила она и, немного помедлив, будто принимая решение, добавила: — Я плакала, просила, но он спокойно подошел ко мне, обхватил мою шею, и я отключилась…
Услышав это, я опустила глаза, чтобы спрятать боль от режущей, словно острый клинок, правды.
Я знала, про какие точки она говорит, вспомнив ночь покушения, когда Барретт слегка меня придавил, чтобы я его отпустила.
В воздухе повисла неприятная тишина, которую нарушал лишь звук фонтана и официант, принесший кофе. Я наблюдала за тем, как Лукас молча сервировал наш стол к кофепитию, как он бесшумно удалялся, но мои мысли были далеко.
"
"Теперь у меня к этой женщине, сидевшей рядом, было двоякое чувство. С одной стороны, я по прежнему воспринимала ее, как соперницу, которая желала от меня избавиться, но, с другой стороны, мне было искренне жаль и ее, и ее неродившегося ребенка. Я молча изучала красивое лицо Марты и видела женщину, у которой была своя история любви с Барреттом.
— Вы поэтому не могли иметь детей со своим мужем? — осторожно спросила я.
— Если вы о том, могу ли я иметь детей после первого аборта. Да. Могу. У моего бывшего мужа были проблемы с фертильностью. Он лечился, но тщетно. Его семья предлагала взять ребенка из приюта, но для него это была больная тема — он не хотел воспитывать чужих детей. Я не настаивала и, признаться, была с ним солидарна в этом вопросе.
Я кивнула, принимая ее ответ, но мне, как маленькому ребенку, хотелось верить в сказку.
