В отношении Потапова решал именно в эти секунды, когда его холодный взгляд прожигал руки капитана, всё ещё удерживающие Воробушка мертвой хваткой.
Оставляя, мать вашу, на её молочной коже красные следы."
"Он их видел. Эти следы. На предплечье, где заканчивался рукав платья. Кстати, не нового, а того самого, в котором была накануне. Взгляд Руслана выцепил и не тронутые коробки. Неужели даже из любопытства не заглянула? Похоже на то.
Ладно, с Катей он разберется потом. Сейчас его волновало одно — чтобы капитан Потапов убрал от неё руки.
До Потапа дошло. Медленно. Заторможено.
— Руслан Анатольевич…
Коваля начинало раздражать, что все в отделении Шарапа не договаривали.
Обращались к нему и замолкали. Хорошо Шарапов своих вышколил.
Но не всех, видимо.
Или та мразь, что стояла перед ним, наведалась к Кате случайно? Тут же в голове Руслана всплыл разговор, что Воробушка к нему как раз приводили от Потапова.
Значит, знал.
И полез.
Интересно…
— Руки, капитан.
Мужик запоздало оторвал от Кати руки.
Та снова охнула, согнулась пополам.
Странно, но в душе Руслана что-то шевельнулось. Девчонке явно больно. Не его ли стараниями…
Так он, черт возьми, аккуратным был! Да, аккуратным! С его темпераментом и вчерашним бешенством другую бы затрахал до одури! Шагать бы спокойно не могла.
А Эту…
Почти не тронул.
Так. Чуть-чуть.
Пометил.
Как оказалось — не все поняли.
Зря.
— Пошёл вон, — проговорил Коваль сквозь плотно сжатые губы и двинулся в сторону Кати.
Девчонка держалась из последних сил.
Это было видно каждому. Схватилась рукой о спинку койки, так, что пальчики побелили. Вторую прижала к животу. И дышала часто-часто.
На них — двух озлобленных мужиков, что играли во взрослые игры и придерживались только им одним понятным правилам, она смотрела сквозь пелену слез.
Вчера не плакала. Держалась. Руслан отлично понимал, что он с ней сделал. Она реагировала… правильно. Именно так, как ему было нужно, и как требовала ситуация.
Сейчас же Воробушек плакала и загибалась от боли.
— Я…
Потапов ещё был тут?
— Вон.
Этот мужик не просто так тут отирается. Становилось понятны обоснования его помятого вида.
Пил, сучара.
Бухал всю ночь, а поутру сразу к Воробушку. С хера ли?..
И взгляд этот похабный. Мало Потапову шлюх? Генерал не знал, был ли тот женат, не интересовался. Скорее всего, был. Мужику далеко за тридцать, в большинстве случаев к этому возрасте семья имелась. Трахал регулярно танцовщиц в клубах, да и так, однодневных подруг.
