Девочка, которая пила лунный свет

Луна снова вся сжалась.

Женщина встала. Просторное платье билось на ветру. Она подняла руки над головой и резко, размашисто толкнула ладонями воздух. И башня, словно дожидавшаяся именно этого момента, рухнула. Луна с приглушенным вскриком упала на камни. Перепуганный шумом, пылью и разлетающимися обломками ворон взвился в небо. Он чертил круги в воздухе и бранился не переставая.

– Она бы и так упала, – прошептала Луна, пытаясь как-то объяснить себе увиденное. Перед ней клубилось облако пыли, песка, штукатурки, а за облаком проступала куча камня и стоящая на ней согбенная фигура женщины в плаще.

– НЕТ! – пронзительно закричала женщина. – ИХ ЗДЕСЬ НЕТ!

Она обернулась и крадучись приблизилась к девочке. Взмах левого запястья – и вихрь воздуха ударил Луну, заставив ее встать на ноги. Вытянув левую руку, женщина схватила воздух скрюченными пальцами, и Луна поняла, что не может сдвинуться с места, хотя от женщины ее отделяли несколько метров.

– Это не я! – взвизгнула Луна. Ей было больно. В душе грозовым облаком расползался страх. И чем больше было этого страха, тем шире становилась улыбка женщины. Луна изо всех сил старалась сохранять спокойствие. – Я просто так пришла!

– Ты их трогала, – прошипела женщина. – У тебя на руках остались следы.

– Нет! – упрямо возразила Луна и сунула руки в карманы, стараясь прогнать все до единого воспоминания о том сне.

– Говори, где они! – Женщина подняла правую руку, и, несмотря на разделявшее их расстояние, Луна ощутила на своем горле ее пальцы. Девочка задыхалась. – Говори немедленно! – потребовала женщина.

– Отстань! – из последних сил выдавила Луна.

И вдруг все пришло в движение. Птицы снялись с дерева и сбились в стаю за спиной у Луны.

– Ах ты, глупышка, – рассмеялась женщина. – Думаешь, твои глупые салонные фокусы…

Птицы бросились в атаку.

– УБЕРИ ИХ! – истошно закричала женщина, размахивая руками. Птицы били по рукам и вспарывали плоть. Птичьи крылья рассекли женщине лоб. Птицы не знали жалости.

Луна прижала ворона к груди и со всех ног побежала прочь.

Глава 35, в которой Глерк чует недоброе

– У меня все чешется, – сказал Фириан. – Глерк, у меня все чешется.