Девочка, которая пила лунный свет

Луна подтолкнула нож ногой, и он исчез за краем утеса.

– Пожалуйста, – прошептал человек. – Я знаю этих птиц. Они страшные. Они изрезали мне лицо.

Луна опустилась на колени рядом с ним.

– Я не дам им тебя обидеть, – прошептала она. – Честное слово. Когда я заблудилась в лесу, они меня нашли и ничего плохого мне не сделали. Они не станут тебя обижать. А если и захотят, я им не позволю. Понимаешь?

Вжавшись лицом в колени, человек кивнул.

Бумажные птицы повернули головы. Они смотрели не на Луну. Они смотрели на распростертую на земле женщину.

Луна тоже посмотрела.

На женщине были черные башмаки и простое серое платье без узора. Голова у нее была обрита наголо. У женщины были большие черные глаза и родинка в форме полумесяца на лбу. Луна коснулась пальцами собственного лба.

«Она здесь, – сказало ее сердце. – Она здесь, она здесь, она здесь».

– Она здесь, – прошептала женщина. – Она здесь, она здесь, она здесь.

В памяти у Луны всплыл образ женщины с длинными черными волосами, которые извивались как змеи.

Она посмотрела на лежащую женщину и попыталась вообразить ее с волосами.

– Я вас знаю? – спросила Луна.

– Меня никто не знает, – сказала женщина. – У меня нет имени.

– А раньше было? – спросила она.

Женщина встала на четвереньки, потом села, обнимая колени. Взгляд ее перебегал с одного предмета на другой, не в силах остановиться. Она была ранена, но не телесно. Луна присмотрелась. Ранен был разум женщины.

– Когда-то было, – сказала женщина. – Но я не помню своего имени.

Был человек, который звал меня «жена», был ребенок, который должен был назвать меня «мама». Но это было давно. Я даже не помню когда. Сейчас меня называют «заключенная».

– Башня, – прошептала Луна, делая шаг к женщине. На глазах у той показались слезы. Она посмотрела на Луну, а потом ее взгляд опять заметался туда-сюда, словно женщина боялась смотреть на девочку слишком долго.

Мужчина поднял голову. Встал на колени и уставился на безумицу.

– Это вы, – сказал он. – Вы сбежали.

– Это я, – согласилась безумица, поползла по камням и села на корточки рядом с мужчиной.

Ее руки пробежали по его лицу. – Это я виновата, – сказала она, ведя пальцем по шрамам. – Прости меня. Но ведь жизнь… жизнь твоя стала счастливее, не правда ли?

На глазах у мужчины выступили слезы.

– Нет, – сказал он. – То есть да. Стала. Но – нет. У нас родился ребенок. Наш сын. Он чудесный. Но он – самый младший в Протекторате. И я должен отдать его ведьме. Как ты когда-то.