Девочка-лед

Приготовился небось уже чем-то долбануть меня по башке. Да не успел.

— Что там у тебя, рэмбо?

— Эээ, ничего, — ставит невесть откуда взявшуюся вазу на пол.

— Я это, я не хотел, не…

Выдергиваю ключ от своей тачки из его пальцев и одним движением грубо убираю его в сторону. Зажмуривается идиот. Думает буду бить. Что там бить-то? Костей потом не соберешь.

Выхожу из злополучной квартиры, громко хлопая дверью.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Да, Рома… Вместо того, чтобы помочь Лисице ты ей жизнь лишь усложнял.

Кретин.

«Замуж выходит летом» — вспоминаются мне слова ее матери.

Рома спускается вниз минут через пять. Спокойный. Но это только внешне. В свете блеклой лампы, худо-бедно освещающей обшарпанный подъезд, я замечаю в его глазах беспокойство.

— Идем, Ален? — открывает дверь, и она жалобно скрипит. Придерживает, ожидая, пока мы пройдем. — В машину садитесь.

— В машину, Ален, — нажимает кнопку на брелке, голос не повышает, но четко дает понять, что не надо ему сейчас перечить.

 — Ульянка, прыгай назад.

Вот уж кто воспринимает происходящее, как очередное приключение.

Роман садится за руль, и я обхожу автомобиль с другой стороны. Открываю дверь, осторожно опускаюсь на дорогое кожаное сиденье. В машине работает радио и, как и в прошлый раз, приятно пахнет чем-то цитрусовым. Прошлый раз, кстати, состоялся лишь благодаря театральным ухищрениям одной маленькой выдумщицы.

— Поехали, пока на тачку не прилетело что-нибудь сверху, — невесело смеется парень.

 — Я вам обогрев включу сейчас.

— Ромааа, а ты куда нас повезешь? — интересуется Ульяна, поднимаясь с сиденья. Заглядывает ему в лицо и улыбается.

— На вокзал, — поспешно вмешиваюсь я. — Рома отвезет нас на вокзал.

— На вокзал? Ты серьезно, что ли, Лисица? Новый год на носу! Пристегивайся давай, вокзал! — качает головой он.

— Лааадно, — блею я, как самая настоящая овечка, послушно натягивая ремень.

Не сломать бы ничего. В этой его машине-иномарке страшно к чему-либо прикасаться.

Все эти лексусы, мерседесы и бмв всегда внушали мне какой-то необъяснимый страх. Но, честно говоря, здесь внутри просто удивительно. Тихо, уютно, тепло и красиво, хоть я и не смыслю ничего в автомобилях.

Роман выезжает со двора, а я украдкой смотрю на его руки, вращающие руль. Костяшки пальцев припухшие. Он ведь Вадима ударил…

— Ром, — зову его тихо. — Что там было в квартире потом?

— Неважно, не думай об этом, Ален.

Вот так запросто.