Девочка-мечта

И дочь мне мою привези! А нет, так я тебя из-под земли достану. Понял?

– Понял, – и тут же скинул звонок.

– Это был мой папа? – тихонечко спросила Арина и я ей тут же кивнул.

– Выпьем, не чокаясь, – тут же весело предложил Ветров, в свете мой грядущей встречи с господином Толмацким, но тут же получил по башке полотенцем от, проходящей мимо, Ярославы.

– А вас умоляю, давайте уже перестанем дружить с этим одноклеточным, – фыркнула Довлатова и тут же взвизгнула, когда Рома с ревом и размахивая руками, кинулся ей вслед, угрожая поймать и защекотать до смерти.

Аверин же только дико заржал в своем кресле, а потом опустошил бутылку пенного, что держал в руках.

– Это за тебя, Гордый, – подмигнул он мне и снова рассмеялся.

Громов и Малиновская тоже хихикали рядом, пока мы с Ариной молча смотрели друг на друга.

– Завтра поеду и поговорю с ним, – кивнул я наконец.

– Я с тобой! – тут же подалась она ко мне.

– Чёрта с два! – рубанул я воздух и встал на ноги, принимаясь нервно вышагивать по поляне.

– Да чего ты расходился, Стасичка? – потянул Ян, – Давайте вас тайно завтра обвенчаем с утримана и дело в шляпе, м-м?

– Да заглохни ты уже, – ткнул друга в плечо Демид и тот снова ударился в веселье.

Львиную часть вечера я грел голову по поводу встречи с будущим родственником. То, что дело может не выгореть, я даже себе не представлял. Все равно Арина будет моей. А если ее папаша не согласен, значит придется ему смириться. Я ее люблю, она любит меня. И точка.

Но друзья у меня были не абы какие.

Август, жара – бассейн под открытым небом, баня и громкая музыка. Ветров даже где-то достал пушку, генерирующую пену. Короче, оторвались так, что земля дрожала. А потом, все вместе, закутавшись в пледы и потягивая горячий ягодный пунш, встречали рассвет нового дня.

Ромарио заснул тут же, сидя в кресле на большой веранде. Остальные же сподобились доползти до спальных комнат. И мы тоже.

Где обещали друг другу, что, чтобы не случилось завтра, отец Арины не сможет нас разлучить.

Огромный загородный дом Толмацких. Железные ворота открылись, а потом и зловеще закрылись за нашими спинами. Я почему-то даже не волновался. Арина же сидела, стиснув мою руку и хмурилась.

Вышли из машины и двинули в дом, где у самой лестницы уже стоял хозяин дома собственной персоной.