Мальчишки были маленькие, не больше десяти лет, смеялись, ругались, перекрикивались громкими звенящими голосами и матерились, подчеркивая свое приобщение к «взрослости».
Обманчиво-неторопливые воды реки далеко разносили их голоса.
Река была широкой, глубокой, лениво текла себе, но имела припрятанную обманку в виде подводных быстрых и ледяных, никогда не прогревающихся узких лент течений и стремнин.
Одна из таких лент заворачивала из середины реки, изгибалась петлей, резко сворачивая к берегу, и так же резко уходила назад в глубину, на середину реки, как раз на том участке, который омывал его, Дмитрия Федоровича, пляж.
Он попал как-то в эту петлю стремнины, когда плавал, осваивая личную территорию.
Сок нагревался, изморозь на стенках капельками скатывалась, образуя озерца вокруг дна стакана, папка ждала, а он смотрел на мальчишек, полуприкрыв глаза.
Девушку Надю вызывать из Москвы не пришлось.
На следующее утро после его приезда позвонил губернаторствующий начальник местных широт, настойчиво приглашая посетить сегодняшний званый ужин в честь не то чьего-то юбилея, не то врученной непонятно за что и кому награды.
– Вы же известный меценат и благодетель нашей области и, к прискорбию, так редко бываете в наших краях, а мы вас ждем, Дмитрий Федорович! Скучаем. А тут такая удача – вы на отдыхе, а у нас торжество! Приезжайте! Всенепременно приезжайте!
Он, конечно, и меценат, и благодетель, и многое еще чего прочего. С губернатором у них все давно договорено-оплачено, застолблено и подписано, и, рассылая друг другу улыбки тертых игроков в покер, они вполне мирно существуют, не деля берлоги.
Дмитрий Федорович дал себя поуговаривать ровно столько, чтобы не перегнуть, и ответствовал, что «всенепременно» будет.
В губернском городе N не то юбилей, не то вручение награды или то и другое одновременно отмечали на широкую ногу – с ломящимися столами, нужными встречами с нужными людьми, балетом, выписанной по случаю новомодной эстрадной группой, парочкой звездных певцов и апогеем в виде фейерверков и раздачей «скромных» подарков на память.
Среди приглашенного местного и московского бомонда обнаружилась барышня модельно-натренированной внешности, жена одного здешнего уважаемого и значимого бизнесмена, «к сожалению, в настоящий момент отсутствующего», находящегося в командировке в Европе.
Губернатор представил Диме жену бизнесмена самолично, подчеркнув тем самым статусность ее мужа.
