И дело не в двухмесячном воздержании, просто дико ЕЕ хочу, до трясучки.
— Сережа, — шепчет мне в губы, хватая воздух, когда я поддеваю трусики и отодвигаю их в сторону. И все, Ксюша моментально приходит в себя, пытается выбраться из моих объятий. — На этом закончим сегодня, тебе пора в свою комнату, — кусая губы, произносит Ксюша.
— Ты права, на сегодня все. Давай в кровать, — пока Ксюша окончательно не очнулась, быстро снимаю с себя футболку, штаны и ложусь в ее кровать.
— Ты будешь спать у себя.
— Нет, мы будем спать вместе.
Только спать. Не бойся.
— У меня матрас мягкий, твоей спине он не подойдет.
— Давай моя спина сама решит, что ей подойдет, а что нет, — Ксюша выключает свет и ложится в кровать, как и ожидалось, поворачивается на бок и подальше от меня. Не теряюсь, быстро пододвигаюсь к ней и обнимаю.
— Сережа, что ты делаешь? Мы договорились, что на сегодня все.
— На сегодня все, я просто обнимаю.
— Да? А вот упирающаяся в мою задницу штука, говорит об обратном.
— Штука?
— Ну, хорошо, нефритовый стержень, жезл, на твое усмотрение.
— Можно просто член.
— Нет, только не член, чувствую, что я на уроке математики-член, многочлен, фу, — не в силах сдерживать смех, начинаю откровенно ржать.
— Ну ладно, мой нефритовый стержень не полезет в пещеру божественного лотоса.
— Ну хорошо хоть не в киску. Может, все-таки отодвинешься или одеяло второе возьмем? Мне как-то непривычно.
— Ну, когда-то же нужно начинать? Просто спи.
— Спокойной ночи, — это вряд ли, ну да ладно.
— И тебе.
Не помню, когда просыпался с таким хорошим настроением. Правда его чуть-чуть испортила Ксюша, а точнее ее отсутствие. Встаю с кровати и иду в душ. Да уж, моя-то ванная будет получше. Усмехаюсь, замечая мужской шампунь в точности как у меня. Быстро принимаю душ и спускаюсь вниз. Ксюша в коротком шелковом халатике что-то готовит на плите. Подхожу ближе, обнимаю за талию и целую в шею.
— Доброе утро.
— Прекрати, Маша может зайти.
— Пфф и что? По ее расчетам мы вообще-то должны мальчика делать.
Так у нас блинчики на завтрак, ты ж моя прелесть.
— Пусти, иначе сейчас сгорят.
— Привет! — радостным голосом произносит Маша. Ксюша тут же вырывается из моих рук.
— Ну все, садитесь за стол, блинчики уже готовы.
Завтракаем мы как настоящая семья, Маша постоянно улыбается, а Ксюша смотрит куда угодно, но не на меня. Начинается, блин. Ладно, сделаем скидку на возраст и неопытность. Позавтракав, Маша уходит из-за стола, а мы остаемся вдвоем.
