Девочки Тора (СИ)

Дыхания не хватает, поэтому движения губ делаются более порывистыми, чтобы я успевала сделать вдох.

Но сколько бы Максим ни целовал меня, я чувствую, словно мне мало. Я хочу ещё. Больше. Дальше. Сильнее.

Не знаю, как показать ему это.

— Ань, — выдыхает Тор, когда я прикусываю его нижнюю губу зубами.

— Что? — спрашиваю и снова кусаю. — Что-то не так?

— Всё хорошо. Но тебе нужно поспать.

— Мне не нужно... Я не хочу... — начинаю яростно качать головой, а потом вдруг осознание происходящего доходит до меня.

Алкоголь всё ещё туманит голову, но уже не так сильно, как ещё полчаса назад.

— Простите... Прости... — резко провожу пальцами по волосам и прикусываю губу.

Кстати, губы и подбородок все ещё горят от поцелуев.

— Тебе не за что извиняться. Я же сказал, что всё хорошо.

— Нет... Я имею в виду... В общем, не важно... Ты прав. Мне стоит лечь спать. Да и ты, наверное, устал. Я не буду тебя держать.

— Я хочу тебя, если ты сомневаешься.

От прямолинейности Тора внизу живота скручивается тугой горячий узел.

Облизав губы, я упираю в него взгляд.

— Тогда не уходи. Останься.

— Я хочу, чтобы ты всё понимала.

— Я не хочу понимать, — качаю головой. — Только чувствовать. Если ты про обязательства, то ты ничего мне не должен... Я и так буду должна тебе до конца своих...

— Лучше помолчи, — усмехается Тор. — Я ведь никуда не денусь, Ань. И нам некуда торопиться.

Его рука скользит по моей ноге, поднимает вверх юбку, пока та не задирается достаточно высоко, чтобы у Тора появилась возможность сжать пальцами бедро.

— А мне хочется торопиться. Хочется жить потому, что я нормально и не жила вовсе. Хочется чувствовать, наслаждаться, вернуть всё, что у меня забрали.

Я сжимаю бёдра, зажав ими ладонь Максима. Тёмный взгляд обжигает, а мятное дыхание вновь скользит по моим губам.

С нажимом Тор продвигает руку между моими сжатыми бёдрами, пока пальцы не касаются края белья.

— Смакуй жизнь, Ань.

Как это странно — не испытывать отвращения, а наоборот предвкушение. Я не помню, как это ощущается, когда мужчина ласкает тебя, поэтому для меня оказывается настоящим безумием, взрывом, сумасшествием, когда пальцы Максима оттягивают резинку трусиков.

Нет... Это несомненно то, чего я никогда не испытывала...

Разум окончательно оставляет. Остаётся лишь удовольствие, которое заполняет меня до краёв, выливается наружу и отражается от стен комнаты.