— Если ты так хорош, почему тебя раньше не женили?
— Наверное, причина кроется в покладистом характере, — игриво ответил он, вновь укладывая мои пальцы на свой локоть и продолжая путь. — Скажи мне, как ты оцениваешь мои шансы?
— На что?
— На свое согласие. Видишь ли, помимо всего вышеперечисленно, я обладаю давней семейной чертой — расчетливостью. И хочу хотя бы примерно знать, есть ли у меня шансы на победу. Хотя я в этом и не сомневаюсь.
— Хал, все не так просто.
— Что может быть проще, — не согласился принц.
— Тео однозначно не твой типаж, и как я понимаю, ты сама не в восторге от его кандидатуры, здесь я не волнуюсь. Эльф — отдельная тема. Если мой папаша может пойти в задницу со своим мнением, то уважаемый Дартуинт Ливанфиль третий скорее прикончит своего сына, чем даст согласие на ваш союз. Голденваль… Хм… его проклятие на то и проклятие, чтобы портить ему личную жизнь, и он так привык утопать в своем одиночестве, что никогда не сможет вылезти из этой скорлупки.
— А Олден?
— Олден и его компания — драконы, Вита.
Они те еще бабники и гуляки, никто из них не сможет хранить тебе верность, дольше, чем длится ночь.
— Ты не прав, — прервала я. — Олден умеет хранить верность. Он пять лет ждал взаимности Самиры.
— Вот я и понял главную причину твоих сомнений, — недобро скрипнув зубами, Хал поморщил свой мужественный нос. — Он хранил ее Самире, и не факт, что будет хранить тебе.
— Ты не можешь быть в этом уверен, — ответила я и заметила на горизонте небольшой двухэтажный дом.
Ярко рыжая черепица укрывала интересной формы крышу, подчеркивая своим контрастном несколько черных печных труб и кованный парапет балкончика. Большие окна с широкими ставнями светились своей белоснежностью, и сверкали идеально чистыми стеклами.
Вся площадка перед домом была покрыта ровным газоном, не считая аккуратных каменных тропок, ведущих в дом и на задний двор. Под окнами цвели кустарники с фиолетовыми цветочками, добавляя свежести. Изящно подстриженный зеленый забор и несколько скамеек в тени раскатистых ив справа добавляли уюта и уединенности.
Красиво!
— Я тебе докажу, — выведя меня из задумчивости, ответил Хал таким тоном, что мне стало не по себе.
У парадного входа нас встретили две служанки — молоденькие девушки в скромных бесформенных платьях в пол. Будто портной просто взял мешок из дорогой ткани, сделал в ней прорези для головы и рук, повязал широким поясом на талии и выдал это за дресс-код императорской прислуги.
