Когда ты продумываешь план операции, описываешь и представляешь, что и как будешь делать, – это одно, а когда начинаешь оперировать, то очень часто получаешь сюрприз за сюрпризом, сталкиваешься с неожиданными осложнениями и каждый раз не знаешь, чего ожидать. Человеческий организм, как шкатулка с сюрпризами.
Егор закурил и посмотрел на сигарету, задумавшись.
Он не мог решить, права Вика или нет. По истории болезни становилось ясно, что здесь что-то не так: ни одна мать не сможет не заметить такого тяжелого состояния ребенка, а когда Егор просмотрел другие анализы, его сомнения усилились.
Ну, допустим, что мальчика действительно выбрали донором, но такой уверенности, как у Вики, у Егора не возникало. Мало ли что это могло быть! Обычная лабораторная ошибка, да что угодно, весьма прозаическое и далекое от криминальных киношных страстей.
Он поможет в этом разобраться. Поможет и выпроводит из своей жизни!
Совсем выпроводит, с концами! Навсегда! И постарается забыть. Один раз забыть Вику Шалую у него получилось.
Почти получилось. Но сейчас у него куда как больше поводов для забвения – мальчик Степан, трех лет.
Он с силой затушил бычок в пепельнице.
Егор начал курить в Чечне. Там невозможно было не курить, как невозможно было не пить спирт, иначе свихнешься или подохнешь от усталости."
"Его вызвали накануне Нового года, тридцатого декабря, и отдали приказ первым же рейсом прибыть в Чечню. Для всей страны это был Новый, 1995-й, год, а для тех, кто был в Чечне, ад, замешанный на неприкрытом предательстве, больших вонючих деньгах и тысячах смертей!
Но это Егор узнал и понял гораздо позже, а тогда он не думал ни о тактике, ни о стратегии войны, ни о том, где и как идут бои.
Он латал и штопал, стараясь спасти как можно больше жизней, не отходя от стола по шестнадцать-восемнадцать часов, состоящих из кровавого месива живых и мертвых, раненных и умирающих.
А когда вернулся в Москву, в свой госпиталь, то постепенно стал чувствовать, что мается чем-то непонятным, до конца необъяснимым.
Что ему не хватает той работы на пределе сил, того состояния, когда мгновенно принимаешь решения, порой рискованные, но единственно правильные, когда постоянно настроен на внутреннюю интуицию, иногда срабатывающую раньше разума, на необходимость думать, не позволяя себе выпадать из этого состояния.
Конечно, все, кто там работал, хотели вернуться к размеренной работе, плановым операциям, отдыхам по выходным.
