– Не совсем, – возразил Денис, – ты уверена, что если бы точно знала, у кого и при каких обстоятельствах возьмут орган для твоего больного ребенка, то согласилась бы на это? Ты уверена, что, зная, что ради спасения твоего ребенка другого, здорового, сделают инвалидом на всю жизнь и без согласия его и его родителей, обманным путем?
– Не знаю, – подумав, ответила Вика."
"– А я знаю! – разозлился Денис. – Я Богу свечку поставлю и помолюсь, хоть и не умею, только чтобы мои пацаны никогда не попали ни в доноры, ни в нуждающихся в донорстве! А еще за то, чтобы я никогда не стоял перед выбором: спасать ли своего ребенка за счет другого, потому что ответ я знаю! Когда я понял, что ты права во всех своих подозрениях, то обрадовался.
Честно! Я обрадовался, что не моего мальчишку какие-то сволочи решили сделать донором! Потому что сегодня, если бы я оказался на твоем месте, то запросто мог пристрелить этого Венечку, и черт бы с ним! Запросто! Не задумываясь! Я старый, битый и слишком много знающий циник и давно не страдаю такой ерундой, как рассуждения на тему морали, нравственности и законности.
Для этого я слишком хорошо понимаю, какое место в нашей стране занимают эти понятия. Но всегда есть некая грань, которую нельзя переступать! Потому что нельзя и все! У нас сейчас выродков без тормозов перебор! Знаешь, есть такое понятие: «линия денежного предела». Это когда после определенной суммы с нулями, которой владеет человек, у него в голове отключаются сдерживающие рецепторы, и деньги любой ценой становятся для него единственным управляющим мотивом.
Оказывается, что у разных людей этот предел свой, кто и за пару тысяч мать родную убьет. Но для ублюдков, которые ворочают действительно большими бабками, мир делится на людей, которые обладают большими деньгами и властью, и на всех остальных – «материал», как сказал Венечка. А это страшно! Потому что они всегда при власти! Всегда! И таких надо тупо уничтожать, по крайней мере изолировать!
Злясь, он прибавил скорости и резко повернул на пустом перекрестке.
– Ты коней-то придержи, – урезонил друга Егор, – а то спасать придется нас.
– Да ладно тебе, док! – успокоился сразу Денис.
Он был маленьким мальчиком, когда решил для себя, что обязательно станет начальником.
Они жили вдвоем с матерью в жуткой, отупляющей нищете. Отец был героем Великой Отечественной войны, но умер через несколько лет после войны, от старых ран, еще до рождения сына.
