Обожаю, когда на меня пялятся мужчины». Если не вглядываться, и впрямь было похоже, что это именно Акула голая. Тело прифотошопленное подходило ей, как свое. Потом агрилась [23] биологическая завучиха страшно. Даже, как говорят, в краевую полицию, в отдел «К», ездила. Однако полицейские-антихакеры то ли не приняли дело всерьез, то ли не сумели помочь оскорбленной девственности. Спустили на тормозах, хотя Баскакова-младшая, признаться, трусила сильно. Но и концы в воду она прятала умело. Фотки рассылал странный адрес, зарегистрированный где-то в Коста-Рике, далее нити терялись.
"
"Вот и здесь, в Москве, Юля близко к сердцу приняла инфу, что за парнем названой сестры бегает некая фря, и надеялась помочь, отбить, загнобить. Она мечтала о фото Кристинки с кровавыми впадинами вместо глаз или о гифке, где ее родакам бошки отрывают, но потом сообразила: «Да что же я делаю? Что я, лохушка полная?! Ведь ее отец не просто юзер продвинутый, он гений компьютерный, творец лучшего в мире антивируса! Он меня вычислит, как нефиг делать!»
Но от идеи помочь Насте она не устранилась.
Оставалось действовать в реале.
Оно опасней, но в данной ситуации, получается, надежней.
* * *– Тшшш! Что ты блажишь? – сквозь смех зашептал Артем. – Тихо! Иди сюда, ко мне! – И парень сквозь дырку в заборе притянул Настю к себе.
Немедленно она оказалась в его крепких, плотных объятиях и поняла, как же истосковалась по ним. Как была рада быть вместе, рядом, и какое счастье, что он не сгинул, не погиб, что его вылечили, поставили на ноги! И он – здоров и, кажется, весел, и даже проявляет к ней интерес, окружает своими руками и своей любовью!
– Господи, как хорошо, что это ты! – прошептала Настя.
– Какая же я была дура! Непроходимая дура и эгоистка!
– Это еще почему? – усмехнулся молодой человек. Он не размыкал объятий и любовно глядел на нее сверху вниз.
– Потому что я тебя в этот несчастный Казацк послала! Не остановила!
– И прекрасно! Я мало того, что все про тебя выяснил – и еще замечательный материал нарыл! Все, как публика любит: побочный ребенок, странное удочерение, таинственное убийство.
– Ага, и по голове получил так, что еле выходили.
– Это уже детали.
Они оторвались друг от друга, и она впервые смогла рассмотреть его – до этого был только исходящий от него милый запах, уже успевший стать родным и теперь круживший голову; только тепло и сила его рук.
