Она оказалась инфекцией, проникшей ему в кровь и разрушающей мозг. Он перестал спать, просыпаясь среди ночи, плелся в кухню, запивая бесконечные мысли холодным чаем.
В одну из таких ночных посиделок наедине со своими размышлениями его вдруг озарило! Словно тюкнул кто-то тяжелым предметом по голове, и все прояснилось, став простым и понятным.
Почему он отпустил ее, отказался от Сашки?
Ведь все просто и понятно, как в детской считалке, — она его вся! Со всеми трудностями, сложностями, железным характером, язвительностью, отповедями наотмашь, юмором; со всеми своими потерями, шипами, комплексами, балтийскими глазами и летящей челкой — вся, целиком, его!
Куда он без нее? Зачем без нее?
Чего он испугался? Потери своей удобной, уютной, одинокой холостяцкой бытовухи? Да к черту!
Конечно, когда тебе под сороковник и ты замечательно все выстроил в своей жизни: любимую работу, карьеру, свободу, и никогда не был женат, ну так сложилось, а не от убежденности глупой, и понятия не имеешь, что это такое — вести совместную жизнь с постоянным присутствием рядом человека с его привычками, желаниями, настроениями, набором своих жизненных устоев и необходимостью как-то притираться со всем этим набором, уживаться, делиться жизненным пространством — конечно, страшно! Еще бы!
Потому что думаешь: да с какой печали мне это надо? Подстраиваться под кого-то, считаться с желаниями, настроениями и потребностями другого человека? Да просто находить свои вещи не на привычных местах! И на самом деле, ни за каким чертом не надо! Потому что данные резоны имеют отношение — как это Сашка сказала? — к «теплым соплям любовного романчика в полутонах».
Когда через твою жизнь, одна сменяя другую, проходят чужие женщины, и стоит чуть повыситься градусу, загореться, заинтересоваться больше обычного, и думаешь — а может? Может, действительно пора семьей обзавестись, вроде бы с этой можно? И прикидываешь, в чем придется уступить, насколько подвинуться, на какие компромиссы ты готов пойти, — и убеждаешься каждый раз: ни на какие! Да на фига?! Ничего я не хочу принимать и уступать! С удовольствием возвращаясь в священное одиночество, победно выпячивающее на фоне сделанных тобой прикидок совместного бытия свои неоспоримые достоинства.
