Мариана в смятении покачала головой, не в силах вымолвить ни слова.
— Я боюсь причинить тебе боль…
— Причиняй, я не против. В конце концов, «уж лучше потерять любовь, чем вовсе чувства не познать», — со смешком процитировал Фред, но, увидев выражение лица Марианы, забеспокоился. — Что? Что я сказал не так?
— Ничего. — Мариана сверилась с часами. — Уже поздно. Мне пора.
— Так скоро?.. Ладно, я провожу.
— Не стоит утруждаться…
— А я хочу тебя проводить. — Что-то в поведении Фреда едва уловимо изменилось. Его теплота исчезла, а взамен появилась какая-то жесткость.
Он встал и посмотрел на Мариану. — Идем.
17
Мариана и Фред в молчании спустились на первый этаж и вышли на улицу.
— Ну дальше я сама. Спокойной ночи.
Фред не двинулся с места.
— Пойду прогуляюсь.
— В такое время?
— Я часто гуляю допоздна, — враждебным тоном отчеканил Фред. — Тебя что-то не устраивает?
Он явно посчитал себя отвергнутым, и его нескрываемая обида раздражала Мариану. В конце концов, уязвленное самолюбие — не ее проблема.
Есть заботы поважнее.
— Ладно, пока, — попрощалась она.
Продолжая топтаться на месте, Фред достал из кармана несколько сложенных листов.
— Вот. Я собирался отдать их позже, но… возьми сейчас.
— Что это?
— Письмо. На бумаге я лучше объясняю свои чувства. Прочитай — и все поймешь.
— Не хочу.
— Мариана, возьми! — Фред попытался вручить их ей насильно.
— Не возьму. Прекрати! Я не позволю тебе так со мной обращаться!
— Мариана…
Не слушая, она круто повернулась и зашагала прочь.
Идя по безлюдной улице, Мариана кипела от возмущения.
Однако вскоре ее гнев улетучился и сменился грустью, а потом — сожалением. Она переживала не из-за того, что задела Фреда, а потому что оттолкнула его и теперь никогда не узнает, как бы сложилась их история, прими она иное решение.
Неужели Мариана сумела бы когда-нибудь полюбить этого серьезного юношу? Разве такое возможно? Смогла бы она обнимать его по ночам, раскрывать ему все свои мысли и чувства?
Нет… Конечно, нет.
Слишком много мыслей и чувств у нее накопилось.
И доверить их она могла бы только Себастьяну.
Вернувшись в колледж Святого Христофора, Мариана не поднялась к себе, а пересекла Мейн-Корт и зашла в опустевший студенческий буфет. Выйдя оттуда в знакомый полутемный коридор, она двинулась вперед и вскоре оказалась у портрета Теннисона."
"Почему-то он запал ей в душу. Мариана часто вспоминала изображение этого печального молодого мужчины.
Впрочем, нет, «печальный» — неправильное слово.
