Дядя самых честных правил 5

 — Кто бы мне рассказал ваши некромантские штучки.

— А-а-а, — Лукиан махнул рукой, — всё время забываю, что ты неуч. Ладно, дойдёт до дела, расскажу, так и быть. Напомни мне, как сила вернётся.

Он попытался развернуться и уйти, но я поймал его за рукав.

— Стоп-стоп-стоп! Отец Лукиан, вы, конечно же, мне потом всё объясните, но сейчас-то что делать?

Он недовольно посмотрел на меня.

— Этот ваш вертеп так и будет здесь ползать? — я указал на руки. — Да ещё и скребутся они, пугают домашних.

— Ох, грехи мои тяжкие, — монах закатил глаза, — ладно, помогу тебе.

Ну-ка, разойдитесь, отроки.

Отодвинув нас с Кижом, Лукиан спустился с лестницы. Мёртвые руки тут же брызнули врассыпную, освободив некроманту большой круг.

Руки встали вертикально, будто из-под земли голосовал парламент небольшой страны.

— Вы мои хорошие. За мной, лапочки, за мной. Цыпа-цыпа!

Монах двинулся вглубь подвала, а следом за ним потянулись и жуткие обрубки.

— Откуда вы, мои дорогие, выбрались? — доносился сюсюкающий голос Лукиана.

 — Как вы тут, скучали без меня? Вижу, соскучились по папочке. Сейчас найдём ваш уютный домик.

Киж от такой картины закашлялся и отвернулся в сторону.

— Вот так и теряешь веру в могучих некромантов, — пробормотал он. — Думаешь, он армиями нежити повелевает, а он со всякой пакостью нянькается.

Я похлопал его по плечу:

— Держись, Дмитрий Иванович. Может, мне тоже придётся вот так цып-цыпать.

— Очень вас прошу, Константин Платонович, без меня. Иначе сердце не выдержит на это смотреть, — Киж осклабился.

 — Ещё начну подозревать, что вы ночью приходите мне одеялко подоткнуть.

— Откуда знаешь? Подглядывал?

Мы с ним нервно засмеялись.

— Идём посмотрим, что там за домик для наших милых ручек.

Пока мы с Кижом упражнялись в шуточках, монах загнал обрубки в одну из комнат. В своё время Киж не смог взломать в неё дверь, а сейчас было видно, что запоры открыли изнутри.

— Сюда, мои лапушки, запрыгивайте. Не толкайтесь, на всех места хватит.

В углу комнаты стоял старый сундук с позеленевшими медными накладками на углах.

Под его откинутую крышку и лезли обрубки. Подсаживая друг друга, они скрывались в тёмной глубине один за другим. Последняя рука не смогла забраться внутрь, и Лукиан подтолкнул её ногой.

Он захлопнул тяжёлую крышку и вместо замка повесил на петли хитрое эфирное плетение.

— Научу потом, как их призывать отсюда. Эх, а я ведь каждую помню, как отнимал да заклятья накладывал!

Лукиан так и не выпустил из рук бутылку с рюмкой.