Дикарь

Если разозлить посильнее, может, и с кулаками кинется? И тогда я…

Направление моих мыслей, а главное, желаний, не понравилось так, что до скрипа стиснул зубы.

— Вы говорили, что ничего не вспомните! — возмутилась рыжая.

— Соврал! — обрадовал я."

"— Я вам помогла! — с жаром продолжила рыжая, уперев руки в бока. Интересно, женщины так намеренно делают? Прямо так и тянет заглянуть в декольте, когда женщина в такой позе!

Про позы я снова зря.

— Вы меня чуть не угробили, лекарша недоделанная! — рявкнул я, пытаясь разозлиться посильнее.

Лучше злость, чем столь очевидное желание. — С чего вы взяли, что мне можно давать эту настойку? Может, она для меня смертельна? Как можно вливать что-то в человека, не зная, что с ним происходит? Вы совсем с головой не дружите?

— Но я же… — растерялась она. — Это просто травы! — Ну, ясен пень. — И ягоды! Настоянные на спирту! Там ведь нет ничего страшного!

— Спирт, ненормальная! Мне его нельзя!

— Не заметила, чтобы вы скончались! — рявкнула она в ответ.

 — По-моему, погибли лишь остатки вашей совести! Если они вообще могли выжить в этой голове, заполненной непомерной наглостью!

— Да что вы? Кто говорит о наглости? Особа, занявшая чужой дом и не гнушающаяся заходить в чужие двери? Может, вам на лбу написать: убирайтесь к хреням?

— Это и мой дом тоже! А насчет написать… Попробуйте! — яростно сверкнула она глазищами.

 — И я точно вас пристрелю!

Я выдохнул.

— Пристрелите? Уж не из моего ли ружья?

Ее глаза предательски забегали.

— Понятия не имею, о чем вы.

— Да вы просто святая добродетель! — Я сделал два шага, разделяющие нас, и навис над рыжей, уперевшись ладонью в стену. — Ружье где?

— Я не знаю, куда вы его дели. Наверное, потеряли. Может быть, в лесу.

— В лесу? — опешил я. — Ты что, выкинула в лес почти новенькую двустволку? Ты чокнутая?

— Я не люблю, когда мне угрожают оружием! — вскинулась она.

Я подышал, чтобы не придушить мерзавку. А то руки чесались. Потом схватил ее повыше локтя, дернул.

— Идем.

— Куда? — захлопала она ресницами.

— В лес! — оскалился я.

— Зачем?

— Закопаю тебя! Чтобы не мучилась!

— Ну ты и скотина!

Ух ты, решилась, надо же.

— Еще какая. Так что шевели своими малиновыми туфельками и показывай дорогу.