Дикие гуси

 — Но аппетитная до невозможности!

— Пошляк! — хлопнула его Сонька по руке. — Пошли в кафе — я угощаю!

— Деньги есть! — догадался Айс. — Тогда выбираем самое шикарное!

Они нашли такое — в самом центре города. Швейцар у входа благосклонно принял Сонькину подачку — десятитысячную бумажку и пошире распахнул перед ними дверь, неодобрительно, правда, смерив взглядом Айсову экипировку — простые джинсы и рубашка х/б.

— Ребята в госпитале приодели на доро… — начал было он оправдываться перед Сонькой и вдруг, прервав сам себя, заорал на весь зал:

— Ба, кого я вижу — весь цвет Сочи и его окрестностей!

Батон чуть не подавился котлетой по-киевски, которую он только что сунул в рот целиком, дабы не облажаться с ножом и вилкой: он не знал, что в какую руку взять.

А Лина вылила себе на выходное платье фужер шампанского, который только что поднесла к губам. Зато Юлька с Инеской не терялись в любой ситуации: взвизгнув по-щенячьи, они сорвались из-за стола, перевернув но ходу дела тарелку с харчо на штаны Болта и Шнифта, и, пулями пронесясь по проходу, повисли на Олеге, пятная лицо губной помадой.

— Вот это да-а-а! — Шнифт трясущимися руками наливал себе водки в фужер, не отрывая расширенных глаз от Айса, — жидкость лилась в стоящую рядом солонку. — Воскрешение из мертвых, картина третья! А мы ведь тебя похоронили! — обрадовал он подошедшего к столу.

— Не одни вы! — Айс поправил его руку над фужером, подождал, пока набежит граммов сто и залпом выпил.

— А это Соня! — представил затем подошедшую Соньку, — Ну, та самая, о которой я вам рассказывал! Не обижайте ее, хорошо? Она одна такая!

— И другой не может быть? — Лина уже расчмокивалась с новой подругой, затем передала ее Юльке с Инеской.

— Я эту слишком долго искал! — Айс произнес это с таким нажимом, что все враз посерьезнели.

— Ладно! — Шнифт плюнул на вконец перепоганенные харчо брюки. — Садитесь за стол, а ты, Айс, давай полный отчет о возвращении с того света!

— Меня ведь вправду хотели убить! — начал Айс, когда все расселись и приготовились слушать.

 — Только вот винтовка подвела Саркисяна, оптика у нее «плавала» — ну, расплывчатое изображение — да, может, ночь еще была на моей стороне. Пуля содрала хороший кусок кожи у меня на затылке и вдобавок, шоковое состояние… В общем, выглядел я как стопроцентный труп! И, как труп, меня загрузили в УАЗ и вывалили в морге Степанакерта, не назвав даже фамилии. А зачем трупу фамилия, тем более, если она кому-то мешает? Провалялся я среди покойничков около двух часов.