Дикие гуси

Самоубийцы они, что ли?

Казарян тоже не относил себя к этой категории, весь расчет его был построен на внезапности. Нанести оскорбление и смыться! А там пусть гнев всесильных обрушится на мадам Нинель. Или на того же Гарика, ему-то какое дело до их дел? Главное — хапнуть сейчас то, что само идет в руки, как в случае с яхтой, а затем скромно отойти в сторону, прихватив вдобавок часть положенных ему долларов! Вот тогда хватит на обеспеченную старость — в смысле девочек, выпивки и прочего культурного досуга! А пока — рискуем в последний раз!

— Ночуем сегодня у меня! — объявила Лина, когда все уже напились, наелись, а на десерт заказали торт-мороженое и Сэма — хозяина заведения, хорошего друга Лины.

Торт-мороженое собирались съесть, а с Сэмом — выпить на брудершафт, чтобы не потерять на будущее полезное знакомство.

— Где это — у тебя? — насторожено покосилась на нее Юлька одним глазом (второй прикрыла, чтобы Лина не двоилась). Выпили, конечно, все крепко. Да за дружбу только так и пьют!

— А на меня Гарик дачу в Лоо переписал! — похвасталась Лина.

— Эт-то за какие такие грехи? — невинно поинтересовалась у нее Инеска, которой сейчас все было — по барабану.

— За Гариковы, наверное! — пожала плечами Лина. — За него в последнее время мэрия взялась не на шутку, вот и приходится срочно распихивать по хорошим знакомым частную собственность!

— А как же он после всего шухера ее назад забрать собирается? — спросил Болт, — Какой же идиот отдаст назад подарок?

— У него два договора составлены. Один для мэрии, а другой — в двух экземплярах — у него и у меня.

Так вот, во втором договоре написано, что он сдает мне дачу в аренду сроком всего на один месяц. После всего этого шухера — как ты, Юра, выразился — он преспокойненько рвет первый договор, и все — дача снова его! Понял?

— Не-а! — честно признался Болт, — Да оно мне до фонаря — спросил лишь бы спросить! Во, Сэм пришел! С мороженым! Давай, Сэм, с тобой выпьем?

— Нельзя мне сегодня, — здоровяк-хозяин сокрушенно вздохнул, — но с хорошими друзьями — так и быть, по капельке! — он налил себе эту «капельку» — большущий фужер водки и, с каждым чокнувшись, выпил.

После этого замахнулся запулить в рот маринованный огурчик, и… вдруг рука его застыла на полдороге, а широкое лицо побледнело.

— Смотрите на входную дверь!

Отсюда, из самого дальнего угла зала, обзор был идеальным. В дверь гуськом втянулось больше десятка парней с автоматами в руках. А впереди всех…

— Казарян! — ахнула Сонька, хватая свой дипломат.