Дикие нравы

— Вас как я погляжу, низвести не смогли, — буркнул в ответ Макс.

— Что вы, я совсем другое дело, — добродушно рассмеялся Пойзон. — К сожалению, такие как я здесь скорее исключение, чем правило. Я потомок племенной аристократии, той, которая даже при колониализме смогла выторговать себе более-менее безбедное положение. Отсюда образование в европейской стране, цивилизованность, умение себя держать в обществе и прочий наносной лоск, хотя по сути своей вряд ли я так уж кардинально отличаюсь от этого бедолаги, что наплевав на все инструкции жрет на посту.

В этом и есть наша единственная надежда на победу над вами. Мы откровенны в своих порывах, мы не связаны нормами поведения цивилизованного общества, что опутывают вас по рукам и ногам. Нам не обязательно придерживаться принципов гуманизма и международных правил ведения войны. Мы гораздо ближе к естественному состоянию человека, состоянию дикого зверя. Аргх!

Он шутливо оскалился, клацнув белоснежными зубами. А Максим, несмотря на явное шутовство собеседника, вдруг неожиданно ясно представил себе, как вот эти крепкие челюсти впиваются ему в горло.

Почему-то эта картина показалась ему весьма органичной в сочетании с последними словами Пойзона. Он даже слегка отшатнулся, причем это его непроизвольное движение не укрылось от внимательного взгляда майора, и Макс мог поклясться, что в глазах чернокожего офицера мелькнула тень довольной улыбки.

В этот момент их машина подкатила к просторной тростниковой хижине, выглядевшей более добротно, чем остальные постройки в лагере.

На входе замерли двое охранников вооруженных ручными пулеметами без сошек. Они явно узнали Пойзона, но даже вида не подали, что знакомы, ни одного слова, ни одного жеста, ни один мускул не дрогнул на неподвижных каменных масках их лиц. Эти были явно не чета раздолбаю с КПП, хорошо вышколенные цепные псы, в любой момент по приказу хозяина готовые порвать врага. Водитель даванул на педаль тормоза, резко осадив лендровер прямо перед входом, видимо нарочно, чтобы обдать караульщиков облаком красноватой пыли из-под задних колес. На тех, однако, этот жест не произвел никакого впечатления, ни один из них даже не моргнул, оба продолжали буравить подъехавших людей недобрым настороженным взглядом.

— Майор Пойзон к генералу! — рявкнул Пойзон. — Доложить немедленно!

Один из караульных молча исчез внутри хижины, второй отступив на шаг, положил руку на пистолетную рукоять РПК, готовый мгновенно открыть огонь при малейшей агрессии со стороны прибывших.