Диктатор

— Скорее всего, так и есть. Но это ты меня заразила. Так что лечи теперь. Сбегаешь купишь нам по кофе? — киваю в сторону кофейни, пытаясь выманить ее и заставить пересесть ко мне вперед.

— Без проблем.

— Только рюкзак оставь, — усмехаюсь, не отводя от нее взгляда, потому что прекрасно понимаю, что она хотела улизнуть от меня. — Подожди, вот деньги. — Достаю из бумажника несколько купюр и протягиваю девушке.

— Ага. — Полина разочарованно смотрит на свой рюкзак, который я конфисковал у неё и бросил на переднее сиденье, натягивает шапку и выходит из машины.

Когда ее маленькая фигурка появляется из двери кофейни, я ловлю себя на том, что любуюсь ею. Тем, как она поднимает голову к небу, улыбается и ловит ртом снежинки. Тем, с каким восторгом она смотрит на лежащий вокруг снег. Тем, каким взглядом она провожает лабрадора, а потом останавливается рядом с машиной, ставит на капот картонные стаканчики, собирает ладошками снег и лепит шарик.

Я нажимаю на сигнал, давая понять, что это не самое лучшее время для любования погодой, ещё час — и дороги засыплет так, что придётся ночевать в машине и ждать, пока нас не раскопают. Но настоящая причина моего недовольства и внезапного раздражения — я начинаю понимать, насколько эта девчонка опасна для меня. Она не Лена, не Марина и не Регина. Она вообще не похожа ни на одну девушку, с которой я был знаком прежде. Она не выходит из головы, даже когда ее нет рядом.

Полина вызывает во мне желание принимать спонтанные необдуманные решения, которые потом вылезут мне и моей политической карьере боком. Она как бомба замедленного действия, рядом с ней я теряю бдительность. Нужно отвезти ее домой, высадить из машины и забыть навсегда. Но сначала трахнуть. Да. Чтоб не мучиться от неизвестности, какая Малышка на ощупь и как сладко стонет, когда кончает.

— О, да ты настоящий стратег, — говорит колко, садясь на пассажирское сиденье рядом со мной, после того как несколько раз подергала ручку задней двери.

— Замок заклинило, такое иногда бывает. — Я принимаю из ее рук кофе, и наши пальцы соприкасаются. Ее — ледяные и мокрые из-за снега, мои — горячие и цепкие из-за желания впиться в ее тонкую талию. Мы замираем и несколько мгновений смотрим друг на друга, воздух в машине накаляется, и это не из-за работающего обогревателя.