Дива

Самое важное, что для себя уяснил Кухналёв: Дед Мороз явно убит, а Недоеденный бежал с принцессой! Не просто увёл её в поля или кусты для временных утех, а имеет некие виды на Её Высочество, и завтра уже мо­жет разразиться скандал, если этот прохиндей явится с беглянкой к королю и потребует их оженить или по­просит покровительства и королевской защиты, чтобы избежать тюрьмы.

Полковник доложил губернатору о сложившейся си­туации, не стесняясь в выражениях относительно исчез­нувшей парочки, и тот лично попросил Мидака ликвиди­ровать конфликт в самом зачатке — как только поймают Недоеденного.

А чтобы он не мог покинуть пижменских лесов, предупредили поисковые группы МЧС и поставили заслоны на многих выездах — перекрыть всё оказалось нереально. Охотоведа было приказано немедля аресто­вать, надеть наручники и спецмашиной отправить в Во­логду. Принцессу же, соблюдая все нормы международ­ного права, то есть избегая всякого насилия, доставить на базу и передать венценосному отцу.

Сам же король по-своему оценил долгое отсутствие королевишны; он, скорее всего, хорошо знал характер дочери, понял, что с ней творится что-то стихийное, не­предсказуемое, и особенно не переживал, зная взбал­мошность дочери.

За очередной трапезой в честь отстре­ла медведя и препровождения его духа в верхний мир он вдруг извинился за возможное неадекватное поведение принцессы и даже произнёс горделивую речь:

— Она у меня авантюристка, плутовка и капитан в под­разделении войск специального назначения! Но душа у неё нежная и трепетная, принцесса обожает сказки Ан­дерсена.

В юности я был таким же.

В ответ Его Величеству сказали, что принцесса ещё не отстреляла зверя, но проявляет достойное упорство, будет охотиться до вечера, не исключено до утра, и с ней всё в порядке. А тем временем вертолёт наконец-то при­землился на базе, чтобы переждать ночь, группы МЧС из-за дождя встали на ночлег, и всякий поиск прекратил­ся, дабы с утра начать его с новыми силами."

"После ароматерапии на Доринском болоте Заруби­на всё время клонило в сон, и в этом полудремотном состоянии он вспоминал уютный домик Дивы Ники­тичны, спрятанный под елями, чтоб не засекли с воз­духа.

Вспоминал и мечтал вновь оказаться на дива­не, под старым и тёплым тулупом, однако пролёживал бока на неудобном сиденье в егерском УАЗе, где зате­кали шея и скрюченные ноги. Около полуночи он вы­лез из машины, чтобы размяться, и обнаружил, что дождь кончился, тучи развеялись и вышла огромная полная луна.