Дьявольский коктейль

Руки у меня по-прежнему дрожали, но я чувствовал, как с каждым глотком по моим умирающим сосудам растекается новая жизнь.

Ивен дочитал до конца и передал листки Конраду. И безмолвно уставился на меня. Он был ошеломлен. Непривычное состояние для Ивена. Наконец после долгого молчания он медленно произнес:

- Вы что, действительно думаете, что Клиффорд Венкинс или я были помощниками в этом деле?

Я покачал головой.

- Бедного Венкинса вы, конечно, можете обвинять в чем угодно, потому что он погиб. Его выловили из озера Веммер-Пэн в субботу вечером.

Поехал кататься на лодке и утонул.

Мне потребовалось время, чтобы осознать эту новость. Нет больше неуверенного мычания, влажных ладоней, нет больше нервного человечка… Бедный нервный человечек…"

"Я взял ручку Конрада, и Ивен протянул мне один из своих блокнотов, с которыми он не расставался.

«Я хотел бы лечь. Можно в автобусе?»

- Конечно! - сказал Ивен. Похоже, он обрадовался, что появился повод для деятельности. - Сейчас устроим вам постель.

Он залез в микроавтобус и сдвинул в сторону все оборудование. На освободившемся месте он устроил диван из спинок сидений и сделал большую подушку из курток и свитеров.

- Отель «Риц» к вашим услугам!

Я попытался улыбнуться - и увидел свое лицо в зеркале.

Ужас какой! Четырехдневная щетина, запавшие глаза, красные, как у кролика, а сам - серый с красным, точно обгоревшее на солнце привидение.

Конрад с Ивеном вытащили меня из машины - необыкновенно бережно, я и не подозревал, что они могут быть такими заботливыми, - и скорее перенесли, чем перевели меня в микроавтобус.

Я тащился, согнувшись в три погибели, все суставы у меня трещали. Оказавшись на импровизированной кровати, я начал мучительный, но приятный процесс распрямления. Ивен снял чехол с лобового стекла моей машины и накрыл им крышу микроавтобуса, чтобы там было не так жарко.

Я написал: «Ивен, останьтесь здесь». Я думал, что они могут завести мою машину ручкой и уехать за помощью. Мне показалось, что он колеблется.

Я в отчаянии приписал: «Не бросайте меня!»

- Господи Иисусе! - сказал он, прочитав это. - Господи, дружище, ну конечно, мы вас не бросим!

Мои слова его явно взволновали, что немало удивило меня. Он ведь меня недолюбливал и на съемках не стеснялся создавать мне всяческие неудобства.

Я выпил еще пива, хотя каждый глоток доставлял мне немало мучений. Горло болело хуже, чем при ангине. И все же выпитая влага мало-помалу оказывала свое действие.