Для кого цветет лори

И потому решил не связываться, упросил торговцев освободить стол в углу, пообещав кувшин бесплатного пойла и подавальщицу на закуску.

И мрачно проследил взглядом за незваным гостем, что расположился за освобожденным столом, не поблагодарив и заказав выпивку. Без закуски. Трактирщик снова поежился. Чуял он, что будут от посетителя неприятности. Всем своим нутром чуял. Слишком темный у посетителя был взгляд, жесткий, ищущий. Выбирающий жертву.

Пес сидел в углу, тянул вино из высокой кружки и хотел убить. Это трактирщик тоже почуял, недаром он простоял за трактирной стойкой более тридцати лет.

Трактирщик потихоньку отступил к небольшой двери, стукнул в створку.

– Милая, – всунулся в полутемную комнату, освещенную лишь дрожащим огоньком лампы. – Спой посетителям.

– Я не хочу, – женский голос прошелестел тихо. Но девушка встревожилась, увидев его лицо. – Что-то случилось?

– Путник недобрый… Пес, похоже, – трактирщик понизил голос до шепота, косясь в зал, забитый людьми.

– Хорошо, я выйду.

Девушка потянулась к шали, накрыла плечи. И вышла из своего убежища. Застыла, моргнув, привыкая к свету. Безошибочно нашла взглядом того, о ком говорил трактирщик. И почувствовала, как устремляется сердце в галоп, как холодеют ладони, а в теле разливается тягучее, томительное тепло.

– Я… поговорю с ним.

– Что ты, не надо! – испугался трактирщик.

Но она уже отмахнулась, пошла к дальнему столику, не обращая внимания на заинтересованные мужские взгляды.

Девушка села напротив.

– Ран.

Имя повисло между ними. Мужчина никак не отреагировал, лишь смотрел ей в глаза, продолжая пить вино. Сильные пальцы обхватили кружку, и девушка сглотнула, посмотрев на них. Горло свело от воспоминаний об этих пальцах на ее теле. О том, что он делал с ней.

Допив, он поставил кружку на стол, откинулся на стену.

– Что тебе надо?

Она моргнула, сжала ладони до боли. Не этих слов она ждала. Не этих.

– Это все, что ты можешь мне сказать? – горечь не сдержала, она отравила слова. – После всего… что было?

– Ничего не было. – В зеленых глазах ни сожаления, ни тепла. – Я получал от тебя предсказания, когда они были мне нужны. Иногда имел. Но дара у тебя больше нет, Моргана.

– Ты вспомнил мое имя, Ран? – горечи стало больше, она исказила ее рот и выбелила щеки.