Для кого цветет лори

Пальцы оцарапались о камни, и она отдернула ладонь, чуть пошатнувшись. Светлейший в два шага оказался рядом, подхватил раяну, удерживая.

По рядам придворных прокатился изумленный возглас.

– Простите, – пробормотала Оникс, выпрямляясь.

Из прорезей алой маски на нее смотрели внимательные глаза, и раяна вновь вздрогнула. И ощутила, как шевельнулся лори на спине. Она закусила губу, моля небесных дать ей сил выдержать эту церемонию. Ну почему она не исчезла раньше? На что надеялась?

Владыка вновь вернулся на свое место, жрец, прервавшийся на полуслове, продолжил свою речь.

Далее церемония потекла своим чередом, но раяна уже почти не слушала, лишь ждала ее завершения. И вздохнула с облегчением, когда ее объявили избранной и водрузили на голову тяжелую корону. Снова звенели колокольчики, а потом повелитель протянул ей ладонь. Оникс опустила глаза. Перчаток не было. Мужская рука уверенно сжала ее пальцы, и Оникс вновь вздрогнула. Но правитель на нее не смотрел, он обозревал ряды придворных, что снова склонились в поклоне перед владыкой и его супругой.

– Что теперь? – прошептала раяна.

Ошар не ответил, молча повел ее к проходу.

– Церемония закончилась? – спросила она, озираясь. Насколько она помнила из рассказа Олентис, ее признали женой императора, и далее пара должна вернуться во дворец, где проходили торжества. Прежний владыка, по летописям, праздновал свое обручение три месяца. Всю весну дворец гудел от пиров и балов, устраивались охоты и роскошные выезды. Правда, уже через год супруга скончалась от неизвестной болезни.

Сейчас Светлейший уверенно вел раяну вперед. Они задержались на выходе из храма, мгновение тишины, и снова народ взорвался криками, славя союз владыки и раяны. И одновременно вспыхнули в небе огненные цветы – раскинулись нереальные картины и пейзажи, созданные магами. Раяна наверх не смотрела. Она никуда не смотрела, молча переставляя ноги и хмурясь под своей маской. Большой палец владыки медленно поглаживал ее ладонь, и от этой ласки, от теплого прикосновения Оникс закусила губу.

Что-то было не так. Эта рука, что сжимала ее ладонь… эта ласка. Она знала ее. Знала это прикосновение.

– Небесные… – прошептала Оникс, уверенная, что ее никто не услышит. – Я схожу с ума. – Она вдруг остановилась, попыталась заглянуть в прорези мужской маски. – Церемония закончилась?

Владыка склонил голову к ее уху.

– Еще нет, раяна.